Книга Тиран, я требую развод!, страница 79 – Элайра Вэлморн

Для герцога де Монфора и его «партии ястребов» это был удар. Они потеряли свои выгодные военные контракты. Они потеряли лицо. Я видела их мрачные, злые физиономии и в душе злорадствовала. Это был мой первый, пусть и косвенный, удар по ним.

Сборы были быстрыми и лихорадочными. Все хотели как можно скорее убраться из этого проклятого места. Путь обратно был полной противоположностью дороги сюда. Армия двигалась быстро, почти бежала. Не было больше ни песен, ни шуток. Только усталое, угрюмое молчание. Солдаты были измотаны, злы и разочарованы. Они шли на войну за славой, а возвращались ни с чем.

Я ехала в своем обычном порядке — впереди мои «тени», я на своем Угле, позади — обоз. Эдвин по-прежнему держался во главе колонны. Мы не обменялись ни единым словом. Но я постоянно чувствовала его взгляд. Когда мы останавливались на привал, я видела, как он смотрит на меня издалека. В его взгляде больше не было той животной ярости. Там было что-то новое. Смесь подозрения, недоумения и… неохотного уважения. Мужчина не понимал меня. И это сводило его с ума. Он привык читать людей, как открытую книгу, привык, что все его боятся. А я была для него загадкой. Закрытой, зашифрованной книгой, которую он отчаянно хотел прочесть, но не знал, как.

Чем ближе мы подходили к столице, тем сильнее менялась атмосфера. Слухи, как всегда, опережали армию. Но это были странные слухи. Они не говорили о провале короля. Они говорили обо мне.

История моего исчезновения и возвращения обросла самыми невероятными подробностями. Говорили, что меня похитили драконы, но я смогла их заколдовать. Говорили, что я заключила с ними сделку, продав душу в обмен на их покровительство. Говорили, что я — святая, и дикие звери склоняются передо мной. Меня называли «Драконьей Королевой».

Я не знала, откуда пошли эти слухи. Возможно, их распускали Дети Скал, спустившиеся с гор. Возможно, это были солдаты, видевшие то, чего не должны были видеть. Но слухи жили своей жизнью. И они работали на меня.

Когда мы въезжали в первые города на нашем пути, нас встречали толпы. Но они смотрели не на короля. Они смотрели на меня. С любопытством, со страхом, с благоговением. Мне бросали под ноги цветы. Мне кланялись. Я, сумасбродная, ненавидимая королева-транжира, вдруг превратилась в народную героиню. В живую легенду.

Апофеозом стал приезд делегации от северных лордов. Тех самых, чей бизнес страдал от блокады «Серебряной дороги». Они встретили нас на полпути к столице. И они просили аудиенции не у короля. Они просили ее у меня.

Эдвин был вынужден согласиться. Это было публично, и отказ выглядел бы как проявление слабости и ревности. Аудиенция состоялась в большом шатре. Я сидела в кресле рядом с Эдвином, а перед нами стояли суровые, бородатые северные лорды.

— Ваше величество, — обратился ко мне их глава, старый и уважаемый граф Нортвуд. Он проигнорировал Эдвина, словно того и не было рядом. — До нас дошли слухи. Слухи о том, что вы нашли общий язык с горными владыками. Мы не знаем, правда ли это, но мы знаем одно: с тех пор, как армия короля покинула предгорья, нападения на караваны прекратились. Дорога на север снова открыта.

Я молчала, сохраняя загадочное выражение лица.

— Мы пришли просить вас, — продолжал граф. — Станьте нашим гарантом. Гарантом мира с драконами. Мы готовы платить дань. Не короне, которая не смогла нас защитить. А вам. Той, кто смог усмирить то, что не подвластно мечу.