Книга Три нити Поднебесной, страница 16 – Моргана Маро, Ирина Голунцова, Александра Альва

«Я всё исправлю. Смотри только на меня, не отводи взгляд».

Сзади что-то зашипело, и Югао догадалась, что звук доносился из трещины в стволе. По её спине к плечам поползли веточки с зелёными листьями, и совсем скоро эти вьюнки крепко оплели руки и ноги принцессы, словно она стала пленницей горных духов.

— Сэйдзю-сама! – позвала она и попыталась вырваться. – Что это такое?

«Священное дерево забирает твою тьму, не сопротивляйся!»

Его глаза находились рядом с лицом Югао, и она неотрывно смотрела в них, видя собственный облик в тёмных зрачках, обрамлённых яркой радужкой, что напоминала поле молодой травы ранней весной. «Очень красивый цвет», – подумала она и тут же испуганно охнула.

Сэйдзю-сама положил голову ей на плечо, прикрывая демоническую метку, и их обоих залило зеленоватым светом, который вырвался прямо из ствола. Все вьюнки затрепетали и сильнее сдавили руки принцессы, но она больше не обращала внимания на путы: ей померещилось, что в этих ослепляющих лучах исчез кирин, а вместо него Югао обнимал настоящий человек.

Когда наступил месяц зелени, на плече принцессы уже не осталось и следа от укуса. С тех пор, как она побывала у священного дерева, в ней что-то изменилось, и она каждый день проводила за прогулками, осмеливаясь уходить всё дальше от одинокой хижины.

Понадобилось не так много времени, чтобы привыкнуть к незнакомой жизни, и теперь Югао с радостью вставала с рассветом, умывалась чистой водой из реки и собирала свежие полевые цветы. Ей всё ещё немного не хватало дорогих одежд и пудры, словно часть неё стремилась вернуться к старому, но долина, принадлежащая Сэйдзю-сама, была столь прекрасным местом, что Югао быстро позабыла обо всём.

Этим утром она, как и в предыдущие дни, вышла за порог дома, присела на траву и принялась расчёсывать гребнем чёрные блестящие волосы. Неподалёку у кленовой рощи на холме уже паслись олени, которые с тех пор, как Югао поселилась здесь, заметно подросли.

Они как-то странно ходили по кругу, бродили по поляне, словно нашли что-то необычное, и принцесса, подвязав белой лентой свободно ниспадающие на спину пряди, решила подняться к ним. Погладив одного из своих ласковых друзей по шелковистой шёрстке, Югао прошла немного вперёд и увидела, что прямо на земле лежала старая бива: рисунок на ней стёрся, а на корпусе виднелись царапины, но на вид инструмент всё ещё выглядел пригодным для игры.

Никто кроме Сэйдзю-сама не мог принести в долину что-то из внешнего мира, поэтому Югао огляделась, но, не найдя поблизости кирина, просто сказала погромче:

— Спасибо вам!

Иногда он читал её мысли, а однажды даже услышал её молитву, вознесённую из дворца, поэтому она надеялась, что и сегодня искренняя благодарность достигнет его ушей.

Подняв биву, вокруг которой так и вились олени, Югао прижала её к себе и провела пальцами по струнам – упругие и прохладные. Захотелось поиграть. Прошлым вечером во время прогулки она как раз набрела на удивительной красоты водопад, с которого открывался вид на горы, и решила, что стоит и сегодня пройти в ту же сторону, только уже с подаренным инструментом.

Захватив соломенную шляпу, что висела на стене хижины, и мешочек с орехами на обед, Югао отправилась в путь. Стая оленей последовала за ней, и вместе они пошли вниз по течению реки.