Мэйфэн схватила себя за правое запястье, унимая дрожь в руке, после чего потянулась за кинжалами.
Глава 15
Вольный ветер на вершине горы
К изувеченной кошке, которая преградила заклинателям дорогу, присоединились её собратья: они бесшумно спрыгивали на землю с дырявых закоптелых крыш и окружали повозку, издавая низкие гортанные звуки. Эти животные не были похожи на глупых демонов без тени разума в глазах, они смотрели осознанно, и все их пылающие взгляды оказались направлены в одну сторону – туда, где сидела Мэйфэн.
— Что они такое? – прошептала наследница клана Фэн, нащупав в рукаве рукоять кинжала и ухватившись за неё. – Почему их так много?
Казалось, что бояться нечего, ведь кошки, даже если они являлись призраками, не могли причинить вред адептам школы Юэин, которых защищала лунная ци, и всё же ладони Мэйфэн вспотели, а волосы на затылке зашевелились от страха.
— Это маогуи[114], – ответил Ван Юн, и выглядел он при этом спокойным, даже сосредоточенным, в отличие от своей спутницы. – Обычно такие твари появляются в результате тёмных ритуалов по убиению кошек, когда неумелый заклинатель тайно насылает дух животного на своего врага. Но здесь, я думаю, дело не в ритуалах.
— Они все выглядят замученными, как будто их пытали.
Как только Мэйфэн озвучила свои мысли, её глаза словно заволокло пеленой, а в голове проступило воспоминание, настолько живое и яркое, что она не сомневалась: это произошло в реальности.
В тот день у неё, как и всегда, сильно болела голова.
На улице стояла приятная прохладная погода, поэтому она по своему обыкновению выбежала в сад, чтобы полюбоваться цветущими деревьями и поиграть с горным ветром, который обычно сходил с вершины утром, облетая пик Юнфэй со всех сторон. Взяв палочку с бумажной вертушкой на конце, Мэйфэн направилась по выложенной камнем тропинке и остановилась, прикладывая ладошку ко лбу, – внутрь словно вбивали гвозди, и эта боль растекалась по всей голове, отдаваясь шумом в ушах и заставляя глаза слезиться. Но она не хотела жаловаться на свой недуг маме или папе: в последние дни они много злились на неё и всё время где-то пропадали, возвращаясь домой лишь поздней ночью. Судя по подслушанному разговору других адептов, в клане Фэн что-то происходило, и Мэйфэн не решалась отвлекать родителей от важных дел. Изо дня в день она послушно сидела в своей комнате, а выходила только на прогулку в сад.
Вот и сегодня ясный ветер миншу[115] гулял среди цветущих деревьев персика, раскручивал бумажную вертушку и развевал волосы Мэйфэн, принося её измученной болью голове хоть какое-то облегчение.
Послышался жалобный писк, и она обернулась, оглядывая ближайшие заросли женьшеня с головками из маленьких белых цветов, но никого рядом не было, ни один листик не пошевелился. Тревожный звук продолжал нарастать, и Мэйфэн пошла дальше, приближаясь к дальнему павильону дома Фэн – оружейной, куда отец никогда не разрешал ей заходить одной, но сейчас что-то влекло её туда, не давая остановиться и повернуть назад.
Дверь оказалась приоткрыта, и она заглянула внутрь: в тёмной комнате горел очаг, обложенный камнем, и повсюду на земле лежали пушистые шкурки, влажные, испачканные кровью. Мэйфэн прикрыла рот и увидела, как человек с широкими белыми рукавами, на которых алели разводы, и со знаком Небесного ветра, вышитым на плече, поднёс к языкам пламени извивающуюся в его крепкой хватке кошку, и…
Она зажмурилась, но пронзительный визг заставил её задрожать и покрыться холодным потом.
– Что вы делаете?! – крикнула Мэйфэн, всё ещё не раскрывая глаз. – Зачем, почему?
– Моя голова раскалывается, – зазвучал знакомый мужской голос, и бумажная вертушка вывалилась из ослабевшей от страха ладошки. – Если бы кто-то избавил меня от этой муки… Жертвы должны помочь, должны…
Она знала, что нужно было бежать, но ноги онемели и словно вросли в землю, а в следующее мгновение кто-то сзади схватил её за руку и потащил внутрь оружейной, заставляя приблизиться к очагу, в котором неистово ревел огонь, протягивающий к ней свои жёлтые языки.
– Ты тоже должна заплатить цену! – этот голос принадлежал женщине. – Отдай свою руку.
Что-то застучало по крыше павильона – на улице пошёл дождь.
