Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 100 – Эльвина Лейн

— Тогда поцелуй мужа на прощание, дезер'ра. На нас все еще смотрит зритель. И не забывай грустить о супруге в следующие дни.

— Леонард, это уже переходит все дозволенные рамки…

Договорить мне не дают. Леонард целует меня без предупреждения. Осторожно, едва касаясь. Но у меня перехватывает дыхание.

Приоткрыв глаза, я вижу в зеркале ошарашенное лицо Катрин.

Не знаю, что на меня нашло, возможно, захотелось щелкнуть по носу эту выскочку, а может, еще что-то, но я отвечаю на поцелуй своего суб'баи.

Леонард тут же отстраняется и с удивлением смотрит на меня.

— Ой, — пугаюсь я.

Осознание от собственных действий пришло слишком поздно. Щеки заливает краской. Леонард улыбается:

— Всё-таки я был прав. Ты ко мне неравнодушна, дезер'ра.

— Эй, — возмущаюсь я.

Но Леонард не слушает. Он подмигивает, берет дорожную сумку и выходит за дверь.

Я смотрю на его удаляющуюся спину, чувствуя странную тяжесть в груди.

Возвращаюсь на кухню к Камалии в смятении. Дом кажется опустевшим без Леонарда.

— Он вернется, — говорит Камалия.

Я киваю и смотрю на артефакт в руке.

Нужно найти Роберта. Вдруг он действительно сможет открыть портал?

— Я схожу в замок, Камалия, — говорю я на ходу.

— В замок? Зачем? — Камалия выходит за мной в прихожую.

На шум прибегает Катрин.

— А что случилось? Дезер'ра уходит? Не успел Леонард уехать, так ты куда-то намылилась?

— Прошу заметить, я больше не дезер'ра, а законная жена Леонарда.

Катрин фыркает, закатывает глаза.

— И вообще, не пора ли вам уже домой? — строго спрашиваю я. — Погостили и хватит.

— Ты меня выгоняешь? Ты⁈ — Катрин смотрит на Камалию, но не находит поддержки.

— И правда, Катрин, — мягко говорит Камалия. — Не пора ли тебе домой? У тебя же там хозяйство в поместье.

— Ну, знаете ли, так мне еще не хамили! — Катрин топает ногой и уходит, ворча. — Никакого уважения! Что за люди!

Я сочувственно смотрю на Камалию, открываю дверь и почти сталкиваюсь с советником короля.

— Вы? — теряюсь я. — Что вы здесь делаете? Леонард уже уехал.

Советник молча проходит в дом. Увидев Камалию, он замирает.

— Это Камалия, — представляю я. — Мама Леонарда.

— Советник Ганс, — шепчет Камалия.

Я с удивлением смотрю на них. Они знакомы? Камалия бледна и выглядит ошарашенной.

— Камалия, — говорит советник. — Нам нужно поговорить.

Камалия смотрит на меня, и я понимаю, что мне стоит уйти. Выхожу на крыльцо, испытывая желание узнать, о чем они говорят. Но потом трясу головой и иду во дворец.

Если Камалия захочет, она сама мне расскажет. В конце концов, Леонард — суб'баи, и ничего удивительного в том, что советник знаком с его матерью, нет.

* * *

Камалия

Камалия смотрит на советника. Он постарел. Она помнит его молодым статным мужчиной со строгим взглядом. Тогда он был начальником стражи. Серьезным, суровым и бескомпромиссным.

Перед глазами всплывает ночь, когда она ушла из дворца.

Советник проходит в гостиную.

— Зачем вы пришли? — холодно спрашивает Камалия.

— Твой сын…

Камалия смотрит на него темными глазами:

— Зачем вам мой сын? Я не нарушала правил.

— Я знаю, — тяжело вздыхает советник. — Я не из-за этого пришел.

— А зачем тогда? Сына дома нет. Он уехал.

— Куда?

Камалия замечает, что советник нервничает.

— Туда, куда и все. С отрядом суб'баи.

— Суб'баи⁈ — восклицает советник и бледнеет. — Он суб'баи? И поехал за Его Величеством? В самое пекло?