Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 105 – Эльвина Лейн

Она совсем молода, с белокурыми волосами и мягкой улыбкой.

— Да, — кивает Камалия. — Где мой сын? Что с ним?

Девушка улыбается и жестом приглашает следовать за собой.

Наши шаги гулко отдаются в тихих коридорах госпиталя. Всю дорогу я ощущаю волнение от предстоящей встречи. И это несмотря на успокаивающие артефакты над головой.

В груди разливается приятное тепло. Я вспоминаю наш прощальный разговор. Его поцелуй. Пусть это и был спектакль для Катрин, но ощущения были настоящими. За эти дни я часто возвращалась к нему мыслями. И с каждым днем ощущала всё большее смятение — меня обуревали противоречивые чувства.

Целительница останавливается у белых резных дверей.

— Только ненадолго, — мягко говорит она. — Суб'баи перенес тяжелое ранение, ему нужен покой.

Целительница пропускает Камалию в палату, но мне преграждает путь.

— Мадам, позвольте узнать, кем вы приходитесь больному? — доброжелательно интересуется она. — Посещения разрешены только близким родственникам.

— Я… я жена Леонарда, — улыбаюсь я и снова пытаюсь пройти, но она снова меня останавливает.

— Простите, мадам, но о какой жене вы говорите? К больному уже пришла невеста.

— Невеста? — мне кажется, я ослышалась. — Вы ошибаетесь. У Леонарда нет невесты. Есть только жена, и это я.

Целительница смотрит на меня с легким сомнением, как вдруг из палаты доносится возглас Камалии.

— Ты что здесь делаешь⁈

Целительница тут же идет в палату. Я проскальзываю за ней и теряю дар речи от увиденного.

Леонард лежит на кровати, бледный, без сознания. Его темные волосы взъерошены и прилипли ко лбу. Грудь туго перебинтована. Его вид заставляет мое сердце сжаться, но настоящее потрясение ждет меня рядом. На краю его кровати, с видом хозяйки, сидит Катрин.

В палате стоит аромат ее сладких цветочных духов. Настолько терпкий и резкий, будто она вылила на себя весь флакон.

Я морщусь. Камалия распахивает окно и грозно смотрит на нахалку.

— Катрин, — говорит она строго. — Что ты здесь делаешь? Ты же должна была уехать.

— Уехать? — возмущенно фыркает Катрин. — Как я могу уехать, когда с моим любимым такое случилось? Бедненький мой… — Она проводит ладонью по щеке Леонарда.

Меня передергивает. Руки так и чешутся схватить ее за шиворот и вышвырнуть за дверь.

— Мадам, так кто из вас невеста, а кто жена? — целительница смотрит то на меня, то на Катрин.

— Я — жена, — говорю я, вздергивая подбородок. — А это — самозванка. У моего мужа нет никакой невесты.

Катрин поджимает губы и щурит глаза.

— Ты! — шипит она. — Воровка! Ты украла у меня моего Леонарда! Моего будущего короля!

Камалия тяжело вздыхает и качает головой.

— Короля? — не сдерживаюсь я. — Да какого еще короля? Дамочка! Будьте добры, покиньте палату. Вы не ближайшая родственница и быть вас здесь не должно. И оставьте в покое Леонарда. Вы ему не нужны!

Катрин багровеет от злости.

— Ведьма! — кричит она и бросается на меня, как фурия.

Я вскрикиваю, но не успеваю испугаться. Дорогу ей преграждает Камалия.

— Катрин!

— Прошу немедленно прекратить! — вмешивается целительница. — Это госпиталь, а не базар. Все, кто не является больному близким родственником или женой, должны покинуть палату. Немедленно!

— Матушка… — хриплый голос доносится со стороны кровати.

По коже бегут мурашки. Как же долго я не слышала его голоса.