Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 12 – Эльвина Лейн

— Помогите! Спасите!

— Перестань безобразничать, дезер'ра! — долетает временами до слуха.

Да как тут перестать? Когда за тобой гонится здоровенный разъяренный мужчина?

Впереди маячит чей-то силуэт. Боже, люди.

— Спасите! — кричу я.

Незнакомая женщина в длинном коричневом платье и белом чепце оборачивается на мой крик. Она стоит с плетеной корзиной в руках и смотрит на меня. Ее глаза широко раскрываются от удивления. А меня сбивает с ног сильный толчок в спину.

— Поймал, — хрипит в ухо Леонард, прижимая меня к земле. В лицо ударяет запах влажной почвы и травы.

Я пытаюсь выбраться из-под веса Леонарда, но он только сильнее наваливается сверху. Обездвиживает сильным захватом мои руки и заглядывает через плечо в лицо.

— Раздавите, — пищу я.

— Господин суб'баи, — раздается женский голос.

Я поднимаю голову. Над нами стоит та женщина в чепце и внимательно меня разглядывает.

— Вам помочь? — обращается она к Леонарду.

У меня от удивления сам собой открывается рот.

— Благодарю, мадам, — вежливо и спокойно отвечает Леонард. Надо же, со мной он так никогда не разговаривал. — Я справлюсь.

Леонард наконец поднимается и резким рывком ставит меня на ноги.

— Проблемная дезер'ра? — с легким смущением спрашивает женщина, бросая на меня быстрый взгляд.

Я открываю рот, чтобы провести ей воспитательную беседу про незаконность такого обращения с женщиной и варварские методы суб'баи, но меня грубо прерывают:

— Вы даже не представляете, насколько, — говорит Леонард, сжимая пальцы на моем плече, и предупреждающе щурится.

Я сжимаю губы. Понятно. Помощи здесь можно не ждать. Все скорее побегут спасать бедных суб'баи от страшных дезер'р.

Смотрю на женщину с явным неодобрением. Она замечает это и пугливо отступает.

— Я, пожалуй, пойду, господин суб'баи. С вашего позволения, — она почтительно кланяется и торопливо уходит по тропинке, время от времени опасливо оглядываясь на меня.

Я показываю ей язык. Она ахает и почти бежит прочь.

— Предательница, — бормочу я. — Где же твоя женская солидарность? Ну, беги, беги.

Поворачиваюсь к Леонарду и вздрагиваю. Взгляд скользит по красному пятну на его щеке. Оно горит ярким огнем, а на коже остались три длинных царапины от моих ногтей. Он хмуро трет щеку и кривит губы.

— Извинись, дезер'ра, — говорит он строго, глаза метают молнии.

Я скрещиваю руки на груди.

— Только после вас, господин суб'баи.

— Моя совесть кристально чиста, — отрезает он.

— Ах, вот как? А распускать руки можно? — я возмущенно шагаю к нему. — Учтите, я никому не позволю себя лапать. Не будет этого. Никогда.

Леонард усмехается.

— Все вы сначала так говорите. А потом жметесь под покровом ночи, как последние распутницы. «Ой, суб'баи, вы такой напряженный, — он пародирует женские интонации, — а давайте я помогу вам расслабиться». Знай, дезер'ра, я ваши женские уловки насквозь вижу. Ладошку она мне на плечо положила, глазками хлопает, думаешь, я идиот? — Я открываю рот, чтобы возмутиться, но он угрожающе шагает ко мне, и слова застревают в горле. — Не играй со мной. Я не тот, с кем прокатит этот спектакль. Пошли.

Леонард резко дергает рукой, путы на моих запястьях вспыхивают и тянут меня за его грозной фигурой. Я иду молча и гневно буравлю его спину взглядом.

Как он мог подумать обо мне такое? Что я стану соблазнять его, чтобы вернуться домой? Это оскорбительно. Никогда. Никогда я не упаду так низко! Всё, чего я хотела, лишь втереться в доверие, наладить нормальное общение. Откуда же мне было знать, что этот неотесанный хам не умеет общаться по-человечески.