Книга Травница и витязь, страница 126 – Виктория Богачева

— Седмицы три назад. Но они идут медленно, море неспокойно этой осенью. Ты успеешь отправить весть конунгу Ярислейву.

— Отца нет в тереме... — убитым голосом выдохнул Крутояр. — Он ушёл в Великую степь. И увёл с собой дружину. Со мной в Новый град отправился небольшой отряд... в живых остался лишь Вечеслав.

На его посеревшем лице не осталось ни кровинки. Даже глаза потускнели, утратив всякий цвет. Тяжело опираясь на столешницу обеими руками, княжич встал. Его шатнуло, как будто в грудь ударил порыв ветра.

— Я должен вернуться на Ладогу, — сказало он неожиданно твёрдо.

Харальд и Стемид переглянулись. Мысли у обоих были схожи.

— Но прежде надо отправить гонца. И по всем вежам*, которые снарядил отец. В Белоозеро, у сотника Горазда самый большой отряд из всех, — Крутояр говорил торопливо, лихорадочно, как шепчет человек в бреду.

Он шагнул к Харальду и, прижав кулак к груди, склонил голову.

— Я не вправе просить тебя пойти со мной, родич. Но я всё же прошу.

Глаза у него были больными, но одновременно в них пылала решимость, которая не у всякого нашлась бы.

Харальд коротко взглянул на него и дёрнул губами в усмешке.

— Для чего, по-твоему, я привёл три драккара, сын конунга? — спросил он весело, но веселье то было лихим, недобрым.

Крутояр склонил голову.

— На Ладогу отправлюсь я, — молвил вдруг Стемид. Все это время он хмурился, слушал и молчал. — У меня хватит ратников, чтобы и здесь постоять, и в мой отряд войти.

Чем больше слушал княжича, тем пуще мрачнел и хмурил брови.

— А я где буду, воевода? — спокойно, но колко спросил Крутояр.

Но Стемид без труда уловил насмешку в его словах. Захотелось ударить ладонью по столу, насилу себя сдержал. Ещё пуще хотелось отвесить княжичу подзатыльник.

— Там, где тебя не убьют! — рявкнул он, вложив в крик всё накопившееся раздражение и недовольство. — Чтоб потом твой отец с меня голову не снял.

— Я не трус и отсиживаться не стану, — взъярился Крутояр в ответ. — И ты, воевода, наместник в Новом граде, а не на Ладоге, потому и воспретить мне не можешь. Князя, чтобы приказать, тоже нет!

— Да что ты разумеешь! — Стемид разозлился не на шутку. — Никому не ведомо, сколько тех драккаров! Кто в тереме остался, пока князь в Степи? Чеслава с мужем-калекой да малая дружина, вот и весь сказ.

— И моя мать с сестрой, — Крутояр сверкнул взглядом. — Я возвращаюсь в терем, воевода, — отрезал он. — Говорить не о чем.

Он посмотрел на Харальда, который вслушивался в их перепалку. Спорили они на своём языке, но конунг понимал почти каждое слово. Жена, княжна Яромира Ярославна, научила.

— Много ли времени нужно, чтобы отдохнули твои люди?

— Им хватит дня. Но вам, чтобы собраться в дорогу, понадобится больше.

Увидев, что Крутояр вновь вскинулся возражать, Харальд коротко мотнул головой.

— Ты не можешь сорваться с места по первому желанию, сын конунга. И нельзя вести за собой отряд, не дав им подготовиться. Чтобы потом не глядеть в глаза их жёнам… и не рассказывать, как они пали.

Ещё мгновение княжич пылал праведным возмущением, но потом осёкся. И вздохнул.

— Ты прав, конунг, — признал он глухо. — Но медлить нельзя.

— Мчаться сломя голову — тоже. Как бы тебе ни хотелось.

Нам том и порешили. Не глядя на княжича, Стемид пообещал нынче же отправить гонцов и приказать войску разделиться на две части и готовиться.