Книга Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище, страница 38 – Юлий Люцифер

— Почему вы спрашиваете о первой леди? — произнес он.

— Потому что нашла следы ее присутствия там, где, по словам ваших людей, давно никто не жил.

Тишина стала почти звенящей.

Каэль медленно подошел к столу.

— Что именно вы нашли?

Ага.

Вот теперь мы говорим честнее.

— А что именно вы надеялись, что никто не найдет? — спросила я в ответ.

Он смотрел на меня несколько секунд, потом очень тихо сказал:

— Если милорд не показал вам это сам, значит, счел, что время еще не пришло.

— Или счел, что я слишком удобна в неведении.

— Не думаю, что вы вообще способны быть удобной.

Это почти прозвучало как комплимент.

Почти.

Я откинулась на спинку стула.

— Скажите хотя бы одно: первая жена умерла?

И снова эта пауза.

Пауза человека, который выбирает между правдой и верностью.

— Да, — сказал он наконец.

— Здесь?

— Нет.

— Из-за милорда?

— Нет.

Ответ прозвучал быстро. Слишком твердо, чтобы быть случайностью.

Я пристально смотрела на него.

— А из-за кого?

— Этого я вам сейчас не скажу.

Мира, похоже, уже смирилась с тем, что я методично собираю вокруг себя всех носителей опасных тайн замка.

— Почему?

— Потому что, — ответил Каэль, — если вы действительно нашли ее следы, значит, кто-то хотел, чтобы вы их нашли. А это меня тревожит куда сильнее, чем сам факт находки.

Холод прошелся вдоль позвоночника.

Об этом я не подумала.

А ведь он мог быть прав.

Комнату могли не просто забыть. Ее могли оставить как приманку. Как сообщение. Как начало игры, в которой я пока даже правил не знаю.

Я опустила взгляд на открытую книгу, но уже почти не видела строчек.

— Значит, кто-то в замке знает о ней, — сказала я медленно. — И кто-то хотел, чтобы я начала задавать вопросы.

— Да.

— И этот кто-то может быть в западном крыле.

— Или хочет, чтобы вы так подумали.

Как же я ненавидела местную многослойность.

И все же одно в его словах было важным.

Не Рейнар.

Каэль не сказал этого прямо. Но каждое его «нет» на вопросы о первой жене звучало так, будто он скорее позволит отрубить себе руку, чем солжет в пользу милорда там, где правда была бы другой.

— Ладно, — сказала я. — Тогда еще один вопрос. Красная комната существует?

У Миры вырвался звук, похожий на предсмертную молитву.

Каэль впервые за весь разговор потерял безупречный контроль над лицом. Совсем чуть-чуть. Но я заметила.

— Кто назвал вам это имя?

— Значит, существует.

— Леди.

— Значит, существует, — повторила я тише. — И находится в западном крыле.

Он не ответил.

Но и не опроверг.

Этого было достаточно.

Я закрыла книгу.

— Спасибо, Каэль.

— За что именно?

— За то, что соврали мне меньше, чем остальные.

На этот раз он действительно усмехнулся. Почти незаметно.

— Это, пожалуй, высокая похвала в Черном крыле.

— Передайте милорду, что я начинаю понимать его окружение.

— Боюсь, он уже сам это понял.

Я нахмурилась.

— В каком смысле?

Каэль перевел взгляд мне за спину.

Я обернулась.

В дверях библиотеки стоял Рейнар.

Тихо. Как будто вырос из камня и тени. На нем уже не было дорожного плаща, только темный камзол и перчатки. Волосы еще влажные после умывания, лицо холодное, собранное. Следа крови на виске больше не было. Но взгляд…

Взгляд был нехорошим.

Спокойным — и оттого особенно нехорошим.

— Моя жена, — произнес он, не повышая голоса, — за несколько часов в замке уже успела добраться до библиотеки, поговорить о западном крыле и, судя по лицу Каэля, задать пару вопросов, которые я просил пока не задавать.