Книга Бурый. Истинная для медведя, страница 88 – Алисия Небесная

Просыпаюсь медленно. Вокруг тишина, но я слышу какие-то звуки. Чувствую, что кто-то держит мою руку. Не буквально, а как будто невидимая нить тянется из моей груди наружу. Нить живая и натянутая.

Это Демид. Он далеко, но я чувствую его внутри себя. У меня тяжесть и давление в груди. Я чувствую обжигающую ярость и вину.

Демид держит себя ради меня. Но если бы он был ближе, я не знаю, кто бы выжил. Это слишком сильно. Эта связь настоящая. Я делаю глубокий вдох. Воздух режет горло.

Слышу звуки вентиляции, капли за окном и шаги в коридоре. Они как будто проникают сквозь мою кожу. Пытаюсь сесть, но тело кажется чужим и тяжёлым. Внутри меня есть что-то новое. Это что-то тёплое, дикое и живое.

Кажется, часть Демида перешла ко мне и останется навсегда. В комнате кто-то двигается. Я узнаю запах — это Артём. Он у стены и говорит по рации. Его голос глухой и собранный. Я не слышу слов, но понимаю, что он охраняет периметр.

И тут меня накрывает воспоминание. Это вспышка, без звука и без пощады. Я вижу Вову.

Его глаза пустые. Он направляет оружие на меня, а не на врага. Он делает выбор не в мою пользу. Он выбирает свою семью.

Слёзы вырываются внезапно. Он предал. Он умер. А я… не спасла.

Обнимаю себя. Сжимаю плечи, живот, грудь. Словно пытаюсь удержать то, что уже утекло. Тихие всхлипы. Еле сдерживаемые. Рядом кто-то есть. Тепло. Он двигается бесшумно, но я чувствую его присутствие. Артём садится рядом.

— Мира, — тихо говорит он. Голос низкий, бархатный, не давящий.

Его рука ложится на моё плечо. Тёплая, большая, уверенная. В этот момент я ощущаю его зверя. Мягкое рычание — будто внутри меня отзывается что-то большое, урчащее.

Я поднимаю глаза. Смотрю на него. В его взгляде нет жалости, страха, власти.

— Оборот прошёл хорошо, — произносит Артём с лёгкой, почти незаметной улыбкой.

— Я… ощущаю твоего барса, — хриплю, слова рвутся наружу.

Он кивает.

— Это нормально, — мягко говорит Артём, не повышая голоса. — Ты изменилась.

Выдыхаю. Слёзы продолжают течь, но внутри появляется опора — твёрдая, тихая.

Я стала другой. И больше не одинока. Где-то глубоко, под рёбрами, будто второе сердце, отзывается медведь. Словно кто-то огромный и сильный осторожно опускается рядом, не нарушая тишины.

Я не вижу его, но ощущаю его присутствие — ярко, осязаемо. Тело вспоминает знакомый запах шкуры, тепло под рукой, ритм дыхания. Кажется, будто его лапа скользит вдоль моих рёбер и накрывает плечи, крепко обнимая. Не нежно, а мощно, по-звериному. Без слов, без объяснений. Просто он здесь, и я его.

Вдыхаю, и его запах — густой, лесной, с примесью чего-то дикого и родного — наполняет мои лёгкие. Внутри меня просыпается рычание. Глухое, низкое, едва ощутимое, оно проносится сквозь грудь, но не на меня, а на другого зверя. На Артёма. На барса. На того, кто слишком близко.

Это не угроза. Это утверждение.

Артём не делает резких движений, но я вижу, как он меняется. Он поворачивается ко мне, смотрит иначе. Понимает.

— Привыкай, — говорит он спокойно. — Я не буду мешать.

Затем разворачивается и уходит. А медведь остаётся. В воздухе, в ритме дыхания, в том, как моё сердце бьётся чуть спокойнее.

Пробуждение мягкое, но внутри что-то натягивается. Связь. Прямая, живая. Моя пара совсем близко. Я открываю глаза и слышу голоса за дверью. Глухой, уверенный баритон. Я узнаю его с полувздоха. Это Демид. Он разговаривает с врачом, сдержанно и точно.