Книга Проклятье между нами, страница 42 – Ульяна Муратова

— Эве до репутации особого дела нет. Она считает, что этот корабль уже утонул в тот момент, когда Кайра стала первой в истории ноблариной, поступившей на боевой факультет, да ещё и закончившей его с отличием. Про неё какие только слухи не ходили…

— Это да, — вынуждена была признать я.

Кайра наделала столько шума, что от остальных сестёр общество теперь подсознательно ждёт столь же эксцентричных или даже аморальных поступков, а если таковых не случается, то нам с наслаждением их приписывают.

— Но я всё равно поговорю с Эвой, — заверила брата я. — В конце концов, не всем плевать на репутацию. Мы с Лирой изо всех сил стараемся своими действиями и добротой опровергать те мерзости, которые говорят люди.

Хотела сказать, что командор Блайнер тоже очень жёстко затыкает рты особо разговорчивым подчинённым, но не стала бередить рану брата, лишний раз упоминая фамилию зятя.

— А как дела у Лиды?

— Лида… — ещё тяжелее вздохнул Брен. — Лида три дня и три ночи караулила в столовой, чтобы поймать хитрую крысу, которая повадилась портить запасы съестного. Эта крыса научилась обходить магические контуры, и Лида категорически запретила травить или убивать «такую умницу». Оказалось, что это полосатый бандикут. Она его всё же поймала. Понятия не имею, как он оказался в наших местах, но с наступлением холодов, видимо, смекнул, что в столовой сытнее и теплее, чем на улице. Теперь она его приручает, сиречь таскает по всему отделению, кормит с рук и запрещает ему грызть пациентов. Назвала Бандитом.

— А как же Наера? — удивилась я.

Вряд ли ручная змея Лиды в восторге от такого поворота.

— Наера пытается сожрать Бандита, а Бандит пытается избавиться от Наеры другими доступными способами. Так-то он поизобретательнее и понастырнее, один раз опрокинул на неё сотейник с кипящим зельем, но она успела отпрыгнуть. Ты когда-нибудь видела, как прыгают змеи? Очень эффектно, у нас лежачие больные повскакивали. Кроме того, Наера — тоже дама с характером, ещё и ядовитая… — Брен вздохнул ещё раз. — Как ты можешь догадаться, Эва принимает ставки на то, кто из них одержит победу. На этот раз — ложками.

— Чем? — поперхнулась я.

— Ложками. Антикварными. Она нашла какого-то коллекционера, согласного выкупить лот в тысячу ложек, договорилась с ним и теперь принимает от курсантов старые ложки, — пояснил Брен.

— Серебряные?

— Нет. Обыкновенные. Даже деревянные. Главное — старые.

— А командир что?

— Бесится молча. Спор на ложки уставом не запрещён.

Я несколько раз моргнула, а потом уточнила:

— Ты же шутишь?

— К сожалению, нет, — ответил брат, и мы ненадолго замолчали.

— Зачем Лиде вообще нужен этот бандикут?

— Он не выживет зимой в дикой природе, так как привык к более мягкому климату. Она его спасает от суровой зимы, хотя, если ты спросишь моё мнение, он — просто наглая хитрохвостая скотина. Последний раз при виде снега он начал изображать скоропостижную кончину и отказывался оживать, пока Лида не накормила его вареньем, хотя раньше скакал по сугробам, как миленький.

— Может, нам с Лирой забрать этого бандикута? — неуверенно предложила я. — Если он умный…

— Умный — это не то слово. Он прожжённый паскудник. Он у меня печенье украл. Из запертого на ключ ящика. Представь: я налил себе чая после сложнейшей операции, сел за стол, вытянул ноги, отпер ящик, а там — только крошки, присыпанные бандитскими экскрементами. Этот полосатозадый гадёныш прогрыз дырку в ящике с внутренней стороны, стащил печенье и монеты, которые нашёл, а из документов сделал себе лоток.