Книга Проклятье между нами, страница 65 – Ульяна Муратова

Во время полуночного ужина я осторожно спросила у Брена:

— Ты не знаешь, зачем Ячер носит ветку?

— Не знаю, — отозвался брат, сосредоточенный на запеканке из осьминога. — Но он настолько эксцентричный малый, что я не удивлюсь, если она нужна ему лишь с целью озадачивать окружающих.

— Я просто никак не пойму… — нахмурилась я.

— Оставь. Он просто интересничает. Лучше попробуй эти пампушки с зеленью!

Я улыбнулась брату и последовала его совету. После ужина и до самого рассветника нас ждали практические занятия, и поесть действительно стоило как можно плотнее.

Ячер сидел за другим столом, а его ассистентка вела себя совершенно неподобающе: громко смеялась, постоянно касалась его локтя и слишком часто к нему обращалась, словно он ей не коллега, а жених. Самое неприятное, что она ещё и ветку загораживала своими немалыми габаритами: всё же фигура у неё была крайне аппетитная, мужчины такие любят. Я едва слышно вздохнула и съела вторую пампушку, втайне надеясь, что она придаст мне хотя бы немного округлости в нужных местах.

На развязную помощницу организатора симпозиума тем временем обращали внимание некоторые врачи, причём как молодые и холостые, так и явно женатые. Они словно соревновались друг с другом за её внимание, отчего Роуза расцветала ещё ярче, смеялась ещё чаще и говорила ещё громче.

Эдак она скоро перейдёт на крик!..

Брен, к счастью, не заинтересовался прелестями Роузы, и я в очередной раз испытала приступ гордости за брата — умного, дальновидного и серьёзного. Впрочем, дело могло быть и в том, что его больше влекли пампушки с зеленью, а не пампушки, затянутые в приталенный медицинский халат.

На тему этого халата хотелось высказаться отдельно, и если бы рядом присутствовала хоть одна из сестёр, я бы не преминула выразить своё неодобрение. Халат явно был сшит на заказ: слишком глубокий вырез, слишком тесная посадка, слишком зауженная талия. Я готова была спорить на что угодно, что оперировать или делать перевязки в таком не особо удобно, а значит, Роуза — в первую очередь не специалист, а охотница за мужским вниманием, и это меня огорчало.

В нашей сфере пока работает так мало женщин, а вот такие дамочки портят репутацию остальным. Именно поэтому Роуза раздражала меня до невозможности. Хотелось убавить ей громкость, одеть поскромнее и сделать выговор.

В личной жизни она может делать что угодно, но на симпозиуме среди коллег пусть изволит одеваться и вести себя прилично!

Ужин закончился, и после небольшого перерыва все собрались в зале для конференций, где возле кафедры, за которой выступал Ячер, уже расставили кушетки и рабочие столы.

— Господа, для демонстрации лечения нам потребуются добровольцы. Ноблард Потрбрас уже вызвался, поэтому давайте ему похлопаем! Всё же не каждый готов решиться на такой смелый поступок! Аплодисменты, пожалуйста, ему!

Ячер указал на мгновенно вскипевшего от ярости Потрбраса, однако под софитами всеобщего внимания тот не посмел отказаться от навязанной ему роли. Невольный доброволец поднялся на сцену, сверля Ячера ненавидящим взглядом, но тому до этого не было никакого дела. До чего же он наглый, самоуверенный и какой-то… совершенно непрошибаемый!

Таких мужчин я ещё не встречала, и теперь не знала — восхищаться или ужасаться, поэтому решила пока просто наблюдать дальше.