Книга Проклятье между нами, страница 88 – Ульяна Муратова

— Конечно, штурвал! — зло хмыкнул брат Дидала. — Только свою благородную задницу он спас!

— Это Лиора Боллар его спасла, — возразил Зоур.

— Ага, почему-то его, а не Дидала! Лучше бы ОН сдох!

— Возможно, действительно было бы лучше, если бы сдох я. Но Геста распорядилась иначе, — глухо ответил Дервин.

— Дидалу просто не повезло, — сердито проговорил Зоур и хотел добавить что-то ещё, но закончить ему не дали.

— Удивительно, что дружку принца повезло, а обычному парню не повезло, правда? — ядовито спросил брат Дидала. — Ох уж эта удача, всегда на стороне богатых пронырливых аристократов.

— Ваше имя, курсант! — прозвучал звонкий голос Лиоры.

— Не надо… — попытался возразить Дервин, но получил такой обжигающий взгляд, что заткнулся.

Лиора поднялась с места, и он тоже встал, опираясь лишь на здоровую ногу.

— Я сегодня же донесу до сведения командора, что вы ставите под сомнение мои действия, — сердито проговорила она. — Ведь если верить вашим словам, то я успела свериться с родословной каждого пострадавшего, прежде чем помогла нобларду Местру выбраться из маголёта.

— А я засвидетельствую, — встала у плеча сестры Лунара, и если бы не вся ситуация, Дервин улыбнулся бы тому, как одинаково они сердились.

Та же складочка между бровями, те же сердито поджатые губки, тот же грозный взгляд серых глаз. Двойная угроза, не иначе.

— Курсант Харет, — представился родственник Дидала. — И можете писать что хотите, все вы в одной шайке.

Зоур громко хмыкнул:

— Только совершенно оторванный от жизни чурбан скажет, что Местры и Боллары — из одной шайки. Но, наверное, всегда удобнее всё списывать на происхождение.

— А ты вообще заткнись! Лизоблюд и проныра, подлизался к принцу и теперь делаешь вид…

— А ну все заткнулись и разошлись! — наконец не выдержал Леввек, встал во весь рост и с набитым ртом пробурчал: — Ещё про нортов что-нибудь скажи, собака рыжая, и можешь сразу себе путёвку в медблок оформлять. Хотя погоди… Кто ж тебя там лечить будет, если вокруг одни нобларины? Кинут, небось, подыхать… Как с этим было, как его?.. — северянин нахмурил непробиваемый лоб и задумался. — Ну как там звали того парнишку, которого лечить не стали, потому что он простолюдин? И он сдох потом? Ну, помните ту историю?

— Какую историю? — нервно спросил курсант Харет, а в столовой мгновенно повисло напряжение.

Среди курсантов и офицеров были далеко не одни аристократы, и теперь все замерли и вслушивались в разговор так настороженно, что воцарившаяся тишина давила на барабанные перепонки. Казалось, что даже пироги на тарелках теперь лежат слишком громко.

— Это когда такое было? — не отступался курсант Харет.

— А в том и дело, что никогда такого не было, чтоб кому-то не оказали помощь из-за его происхождения! — припечатал Леввек. — И никто никого подыхать в медблоке не бросал. Вот и проваливай со своими тупыми обвинениями, не мешай пожрать спокойно. Нашёлся тут борцун за равноправие! А то я не слышал, как ты пару недель назад механика чернозадым назвал. Хорош моралист, у самого рыльце в дерьме, а всё лезет со своими нравоучениями!

Курсант Харет побледнел, отшвырнул свой поднос в сторону и пулей вылетел из столовой, его друг отправился следом, но при этом свой кусок пирога прихватить не забыл.