Книга Проклятье между нами, страница 95 – Ульяна Муратова

— Благодарю вас, нобларина Боллар. Вы, как всегда, очень добры.

— И я вас благодарю… — едва слышно ответила ему и улыбнулась: — За подарки.

— Что вы, это всё принц, — расплылся в улыбке он, а выражение лица стало шкодливым.

— Мне не терпится опробовать таймер, — шёпотом призналась я. — Только жду, когда пыль немного уляжется.

— Это правильно. Пылью дышать вредно, а в любом деле нужно дождаться идеального момента, — уже серьёзно кивнул Дервин и нехотя добавил: — Мне пора идти, пока я своим присутствием не причинил вам нового беспокойства.

— Идите, — одновременно с облегчением и сожалением согласилась я. — И обязательно загляните через пару дней, проверим, не образуются ли новые спайки. Лунной ночи вам, ноблард Местр.

— И вам, нобларина Боллар.

Когда Дервин ушёл, на душе стало так тоскливо, что хоть вой.

Я села в кресло и уткнулась лицом в ладони.

Дышать с каждым моментом становилось всё сложнее и сложнее, а злость трансформировалась в жуткую обиду на семью. Даже на Лунару, хотя она ничего плохого не делала, просто пыталась как-то сгладить ситуацию.

Сёстры вернулись на рассвете.

Я поднялась с места и сказала:

— Передаю дежурство.

Встала и отправилась на выход, и уже в спину мне прилетел возмущённый вопрос Адели:

— Лира, ты чем опять стены изгваздала?

Тесто! Я забыла про тесто…

— Если хочешь, иди, я уберу, — предложила Уна, сочувственно глядя на меня.

— Не надо! — резко ответила я.

Сгорая от обиды и стыда, я молча оттёрла высохшие капли со стен, а потом вылила тесто в раковину и вымыла посуду.

Обойдутся без кастрюльного кекса!

— Ты пойдёшь на рассветник? — мягко спросила Уна, но я лишь буркнула в ответ:

— Нет.

Развернулась и ушла из медблока, осторожно прикрыв за собой дверь, которой хотелось хлопнуть изо всех сил.

Запершись у себя в комнате, достала из-под кровати необычный таймер и погладила его.

Металлический корпус был отполирован до блеска, а каждый циферблат имел свой цвет — медный, латунный и серебристый — и контрастные чёрные стрелочки. Рычажки и ножки тоже были чёрными, прохладными и какими-то успокаивающими на ощупь.

Я покрутила таймер в руках и подумала, что с ним о тесте точно не забыла бы. И вот чего стеснялась? Брала бы и использовала! На все претензии отвечала бы — принц подарил. А он на свадьбе сестры, кто с него спросит? А пока вернётся, все уже забудут…

Когда в дверь раздался требовательный стук, недовольно распахнула её, ожидая увидеть одну из сестёр, но передо мной стоял жрец.

— Лирка, там Дервину плохо, — продребезжал он.

— Где «там»? — встревоженно спросила я.

— Иди за мной! — жрец ухватил меня за запястье костлявыми пальцами с распухшими суставами и потянул с неожиданной силой.

Я так и подалась за ним — в рабочей блузке, форменных брюках и с таймером в руках. Коридоры штаба были по-дневному пусты, а старик Валентайн неумолимо тащил меня не в медблок и даже не в сторону казармы или столовой, а на улицу!

Стоило нам выйти, как по глазам резанул свет Солара, многократно отражённый от белых сугробов. Солнце стояло довольно высоко, дело близилось к полудню, поэтому снаружи оказалось не так холодно, как ночью, однако мороз и ветер мгновенно проникли под тонкую ткань блузки. Ещё и ветер швырял в лицо пригоршни крупчатой позёмки, из-за которой ничего не было видно.