Книга Хозяйка горного перевала, страница 5 – Мириам Агирова

Иногда я думала: лучше бы оказалась в детском доме. Но что есть, то есть. Раньше ведь как? Оступился человек – значит, надо ему помочь. И помогали, да не вытянули от оков зеленого змия. И что уж греха таить – скрывали правду. Так и жила я вплоть до шестнадцати лет…

Дома стояли словно забытые свидетели ушедших дней. Некоторые еще крепко держались, видно, за ними нет-нет да и присматривали хозяева. Они были с целыми крышами и окнами, за которыми виднелись остатки былого уюта: выцветшие занавески, старая мебель, покрытая пылью. Другие же уже явно сдались времени: провалившиеся крыши, зияющие пустотой оконные проемы, покосившиеся стены, словно обнимающие землю.

Улицы заросли травой и бурьяном. Мне пришлось приложить неимоверных усилий, чтобы пройти там, где когда-то бегали дети и спешили по делам взрослые. Теперь лишь тропинки, протоптанные редкими обитателями или случайными путниками.

Оглянувшись, тяжело вздохнула. Ничего общего с тем, что я помнила. Заросшие сады, где дикие яблони и вишни рождают свои плоды для птиц и ветра, напоминают о прежних хозяевах, которые когда-то заботливо ухаживали за ними.

Пока шла, оглядывалась по сторонам. Вот школа, вот клуб, а вот маленький магазин. Он, кстати, в отличие от первых, еще работал, что вселило в меня надежду на лучшее. Не надо будет каждую неделю ездить на электричке в город, чтобы просто купить себе хлеба и молока.

Стоит признать, что в увиденной мной полузаброшенности есть своя красота. Уж не мне ли это знать. Природа, конечно, берет свое, оплетая дома плющом, проращивая цветы сквозь трещины в асфальте. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь густую листву, освещают заброшенные дворы, создавая причудливые узоры света и тени. Здесь можно почувствовать особую атмосферу, которая заставляет задуматься о скоротечности времени, о смене поколений и о том, что остается после нас.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в багровые и лиловые оттенки. Вечерело. Пот крупными каплями стекал по лицу, липкая одежда неприятно прилипала к телу. Я шла по пустынной улице, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ногах. Внимательно всматривалась в дома, подмечая те, в которых еще теплилась жизнь.

Не так уж и много их осталось, всего с десяток дворов, где в окнах горел свет, а из труб поднимался дымок. Но даже это небольшое количество давало надежду. Осознание того, что я здесь не одна, что где-то рядом есть соседи, придавало мне сил двигаться дальше.

Сердце ёкнуло и замерло, когда я повернула на свою улочку. Не от страха, нет. Скорее, от внезапного осознания, что время – безжалостный вандал. Передо мной стоял… нет, скорее, полулежал, до боли знакомый полуразвалившийся бревенчатый дом. Когда-то крепкий и добротный, он теперь напоминал старого воина, израненного в бесчисленных битвах.

Справившись с первым шоком, я осторожно перешагнула лежащую на земле калитку и огляделась. Первое, что бросилось мне в глаза – это зияющая дыра вместо крыши. Не просто провал, а огромная, неправильной формы рана, сквозь которую проглядывало серое, хмурое небо. Доски, когда-то гордо державшие кровлю, теперь валялись вокруг, словно кости поверженного зверя.

Всё ещё не веря увиденному, прошлась вдоль стены. Брёвна, из которых был сложен дом, посерели от времени и непогоды. Местами они прогнили, превратившись в труху, которую можно было раскрошить пальцами. Мох, словно изумрудный плащ, густо покрывал стены, пытаясь скрыть разруху, но лишь подчёркивал её.