Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 176 – Кира Лин

Я устала, и игнорировать голод — верный способ кому-то вцепиться в глотку.

Когда желание отведать свежей крови становится нестерпимым и затмевает разум, все, кто оказывается рядом, в большой опасности.

Я всегда подавляла жажду, так или иначе, и не знала, на что способна в её власти. Надеюсь, никогда не узнаю этого.

«Кровавая Мэрри» с настоящей кровью в шесть утра — странное начало дня. Я стояла перед холодильником в домашней футболке и трусиках, размышляя, с чем её смешать.

В итоге выбрала ром. В любом случае отвратительный вкус получится.

Со стаканом в руке отправилась в спальню, шлёпая босыми ногами по ковру. Прелесть одиночества заключается именно в таких мелочах — хожу, как хочу и в чём хочу.

Забравшись на кровать, я поставила стакан на тумбу и заползла под одеяло. Восход световым занавесом полз по небу, бледные лучи пробивались сквозь задёрнутые шторы.

Грядущий день обещал быть тяжёлым. Прикрыв веки, я глубоко вдохнула и потянулась за стаканом. Нужно выспаться, чего бы это не стоило.

Даже если для этого придётся проглотить галлон крови. Нет, здесь я, конечно, погорячилась.

Вдруг отразится на фигуре? Да шучу я. От крови не толстеют.

С последним глотком коктейля я свалилась на подушки и укуталась в одеяло. Тело пульсировало от усталости, сердце пылающим леденцом трепетало во рту.

Я закрыла глаза и увидела узкий туннель света в темноте. Он поглощал свет, и я начинала куда-то уплывать, пока не провалилась в сон.

Что-то мельтешило во тьме — тусклые и мутные образы, как всегда бывает при переутомлении. Они то появлялись, то исчезали.

Меня тянуло к ним, несло вперёд с немыслимой силой. Странное, чуждое чувство зрело, зрело, пока не вылилось в ужас. Я боялась не успеть, боялась остаться здесь, в темноте.

Образы плыли надо мной, кружились дрожащими призраками, паника билась в груди пойманной птицей. А когда меня вытолкнуло из темноты, я ощутила на руках сверкающие нити.

Кто-то дёргал за них и тащил к свету, как марионетку. Я начала биться, упираться, рвать путы, но только резала о них ладони.

Запах крови ударил в нос, и глаза мои распахнулись.

Хватая воздух ртом, я резко села на кровати — словно кто-то рванул за нити и отпустил. Футболка пропиталась холодным потом и прилипла к спине.

В комнате царил мягкий полумрак — наступил вечер. Я проспала весь день, и никто меня не потревожил. Так от чего же так паршиво? И почему меня пробирает дрожь?

Жуткое послевкусие осталось после сна, перед глазами расплывалось. Внутренним взором я всё ещё видела образ. Он тонул в мерцающем свете.

Зажмурившись, я пыталась сосредоточиться и разглядеть, пока не различила лицо… Тайлера. Как только поняла, кого вижу, образ испарился.

И что всё это значит?

Снова душ. Стоя под обжигающими брызгами, я уперлась ладонями в кафель и смотрела на своё отражение.

По лицу стекали ручейки воды, намокшие чёрные волосы прилипли к плечам. В глубине глаз вихрилась сила.

Она поднималась из глубин тела и подсвечивала кожу изнутри, придавая мне чудный, колдовской вид. Но не это сейчас тревожило сердце.

Я никак не могла отделаться от чувства, будто что-то должна вспомнить. Что же?

Закрыв глаза, я запрокинула голову и подставила лицо колючим каплям. В памяти всплыло лицо Райана, хотя я о нём не думала.