Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 245 – Кира Лин

Райана нигде не оказалось. И я стала звать его по имени вопреки голосу разума, рискуя привлечь гулей. Но он не откликнулся.

Когда я вернулась в холл, таймер в ладони отсчитывал последние секунды существования Совета вампиров и склепа, каким его знали.

Больше никто не будет диктовать условия миру нежити и некому будет следить за их выполнениями.

Какой-то частью себя я осознавала, что в Хайенвилле воцарится хаос, но искренне надеялась, что этого не увижу.

Свой последний шанс передумать или обратить процесс вспять я благополучно упустила, променяв на поиски Райана. И твёрдо решила, что не хочу покидать здание без него.

Никогда не прощу себе, если уйду и оставлю его погибать. Мне ультрафиолет вреда не причинит, но его распылит в считанные секунды. Я не могла этого допустить. Не могла.

И поэтому решила остаться и взглянуть собственными глаза на световое шоу Адама прямо из первого ряда зрительского зала.

Будет, что потом ему рассказать, если переживу ударную волну….

Страх сжимал сердце в кольцо, перед глазами плыли серые пятна, адреналин стучал в висках, оглушая. Застыв посреди холла, я обречённо таращилась на таймер.

И не сразу заметила, как отворились двери. Десять, девять, восемь…. Краем глаза, уловив движение, я вздрогнула и подняла голову.

Ко мне шёл Райан.

Глаза защипало от досады и сожаления. Я обречённо поглядела на молодого вампира, сжимая в ладони таймер. В животе свернулся тугим комом страх.

Нет, этого не может быть! Райан не должен был возвращаться, я уже внушила себе, что он в числе спасшихся!

Бегло глянув на таймер, я с болью посмотрела ему в глаза, в их тёплую, засасывающую синеву. Райан ускорил шаг, нахмурив брови.

На его напряжённом лице появилось изумлённое выражение.

— Кира!

Семь, шесть, пять…

Я моргнула, судорожно вздыхая, и прошептала:

— Прости.

По щеке скатилась горячая слеза. В глазах Райана мелькнуло непонимание и сменилось чистой тревогой.

Он протянул ко мне руку, но я уставилась ему в глаза, оцепеневшая. У него восхитительный взгляд — подумалось в последний миг.

И таймер, издав звонкий писк, умолк.

В густой тишине заскрежетал металл, заскрипело дерево, завибрировал пол под ногами.

Оглушающий рёв раздался прежде, чем холл начал заполнять слепящий свет вперемешку с бетонной пылью.

Я увидела отражения вспышки в глазах Райана, и взрыв обжигающим кулаком ударил в спину.

Жар полыхнул волной, взметнул волосы, и в тот же миг рука Райана сомкнулась на моём запястье. Ударной волной меня снесло к нему в объятия, и воздух начал плавиться.

Мир закувыркался, завертелся и разбился. В голове зазвенело, засвистело, боль взорвалась в затылке и швырнула меня в темноту.

И там не было ничего, кроме тишины и покоя.

Ночное небо раскинулось сверкающим одеялом. Оставался час до рассвета, но тёплый ветер, полный ароматов растений, уже нёс его дыхание.

Джеймс и Тайлер стояли рядом с фургоном под балдахином перешёптывающихся деревьев. Адам открыл дверь и швырнул сумку с оружием на водительское сиденье.

Джозеф вышел за ворота и замер, оглядывая машину невидящим взглядом.

Он что-то уловил в ночной тишине, но никак не мог разобрать — что именно. Стюарт брёл по дорожке, выложенной брусчаткой, когда почувствовал, как содрогнулась земля под ногами.

Остановившись, он уставился в черноту леса, не в силах заставить себя обернуться. Он должен был увидеть, как Кира выходит из здания, но боялся, что этого не произойдёт.