Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 61 – Кира Лин

— Хотела соответствовать обстановке, — я скривилась. — Только и всего.

— На сегодняшней вакханалии затмишь всех и вся, — его глаза заискрились от сдерживаемой улыбки.

— Я предпочла бы остаться незамеченной, — раздражённо прошептала.

Он изогнул брови.

— Это невозможно. Ты — главный гвоздь программы.

— Ключевое слово здесь «гвоздь».

— Ты готова? — тихо смеясь, спросил Алекс, пытливо вглядываясь в моё лицо.

— Нет, конечно! — я сверкнула на него сердитым взглядом. — А у меня есть выбор?

Алекс изящно пожал плечами, улыбка его стала шире.

— Я полагаюсь сегодня на тебя и твою стойкость. Ты, и только ты способна повлиять на решение Антонио и спасти жизни влюблённых, — сказал Алекс, взявшись свободной рукой за дверную ручку. — Не уступай им, но и не наделай глупостей.

Я с вызовом на него посмотрела.

— Кто⁈ Я делаю глупости⁈ — и обиженно надула губы.

Алекс заразительно рассмеялся и распахнул дверь.

Стены зала — серый камень и золото. Вся мебель из чёрного дерева с декоративными элементами, покрытыми позолотой. Подвесная хрустальная люстра с подсвечниками сияла, заполняя помещение тусклым жёлтым светом.

Кресла заседателей с высокими спинками стояли полукругом на пьедестале. Пол перед ним был устлан золотистым паласом — для тех, кто хочет покаяться.

Во всей этой роскоши и чистоте имелось местечко для кандалов и серому мрамору. Пол пыточного зала часто был залит кровью, так что светлые цвета отпадали.

Помещение будто поделили на две части. Правая половина нарядная, сверкающая белизной, предназначена для светских приёмов, а левая — тёмная и мрачная, для пыток.

К стене были прикованы двое — мужчина и женщина. Ей не больше двадцати четырёх лет, ему — на вид около тридцати, но в действительности ближе к ста.

Мужчина был вампиром, его избранница — нет.

Женщина опустила голову, и белокурые волосы свесились вперёд, закрывая лицо. Одета она была в лёгкое бирюзовое платье и белые босоножки на ремешках. Хрупкая фигурка, кожа слегка загорелая, кисти рук трепетали в кандалах.

Возлюбленный был её полной противоположностью — широк в плечах, высок и мускулист. Тёмные волосы коротко острижены, лицо с волевым подбородком и чуть заострённым носом притягивало взгляд.

Глаза тёмные, почти чёрные. Одет он был в белую футболку, подчёркивающую смуглость кожи. Снизу — тонкие чёрные брюки и кожаные сандалии.

Летом в Хайенвилле ночи не такие жаркие, как дни, но достаточно тёплые, чтобы прогуливаться в лёгкой одежде. Где же поймали парочку?

Я бы с радостью разыскала сволочь, сдавшую влюблённых, и подвесила на их место.

Мужчина неотрывно глядел на Изабелль — мелкую дрянь, ненавидящую всё живое. Она стояла в центре зала, разглядывая жертв, как товар на рынке.

Даже когда я и Алекс вошли, вампир продолжал смотреть только на неё.

Изабелль было лет семнадцать в момент смерти, но она уже три века восседала в совете. Обладая обманчивой внешностью, она ею умело пользовалась. И одевалась, как избалованный ребёнок, следуя искусно созданному образу.

Вид у Изабелль был, как у фарфоровой куклы в полный рост. Но под этой искусной оболочкой скрывалось чудовище.

Чтобы развеять первое приятное впечатление ей достаточно открыть рот. Хорошим манерам Изабелль учили так давно, что она себя ими не обременяла.