Книга Хозяйка кондитерской, страница 18 – Наталья Самартцис

«Никого нет дома, зайдите попозже!»

«Я сейчас в полицию позвоню!»

«Ты что, берега попутал?»

Подобные ответы, как и кучу других, моментально возникших в моей голове, я отмела на корню. Испуганно глядя на дубинку в руках громилы, я смогла лишь пискнуть:

— Извините, а вы… кто?

Мужчина, который уже чуть ли не прижал меня к стенке в прямом смысле слова, чуть отступил назад и усмехнулся, залихватски подкручивая усы.

— Ну и память у тебя, вертихвостка! — он хохотнул, окидывая меня взглядом, в котором смешались любопытство и презрение. — Не признала? Конечно, не хочется узнавать тех, кому должна кучу денег! Но городничего Харальда тебе не провести, — он погрозил перед моим лицом толстым пальцем, едва ли тоньше самой дубинки, которую держал в другой руке. — Не вздумай мне тут дурить! Поняла?

«Интересно, он сможет меня ударить? Меня, женщину?» — пронеслась в голове паническая мысль. А вдруг такое здесь в порядке вещей? Я же ничего не знаю об этом мире!

Но я подавила в себе страх, поправила на себе передник и деловито кашлянула в ладошку.

— Добрый день, сэр Харальд, — проговорила я, стараясь говорить чётко и уверенно. Затем указала на стол в нескольких шагах от нас. — Давайте присядем и спокойно всё обсудим. Я только сегодня вступила в наследство и ещё не производила расчётов по долгам. Если мой отец вам что-то задолжал, то я, разумеется, расплачусь.

Мой спокойный тон возымел неожиданный успех. Громила растерянно отступил назад, снова окидывая меня взглядом, на этот раз удивлённым и недоверчивым.

— Хах. А меня уверяли, что ты, пигалица, дура дурой, — произнёс он, убирая дубинку за пояс. — Что ж, если так и ты согласна всё порешать мирно, мне же лучше. Не люблю скандалов с бабами, — он поморщился и, отойдя к столу, плюхнулся на ближайший стул, который жалобно заскрипел под ним. — Тащи-ка эль и закуски, всё что найдётся! — приказал он, грохая громадным кулачищем по столу, который едва не рассыпался от такого обращения. — Быстренько рассчитаемся, и я уйду.

Я же спокойно обошла стол и, отодвинув второй стул, села напротив развалившегося на стуле мужчины.

— Угощений у меня нет, сударь, не взыщите, — поговорила я, пристально глядя на него. — А насчёт долга… Назовите сумму, которую вам задолжал сэр Ольвен… мой отец, — поправилась я, потому что густые брови громилы так или иначе поползли наверх. — Также будет уместным с вашей стороны предъявить расписки и письменные обещания моего отца об оплате…

— Хах! Расписки? — изумлённо пробасил городовой. — О чём ты говоришь вообще? Кто в наше время верит бумажкам, тем более в таком захудалом городке как наш Граствилль? Я просто предупредил твоего старика, когда отдавал ему в найм эту таверну, что в случае неуплаты сдеру с него шкуру, на том и порешили! Правда, этот наглец всё же обхитрил меня и, выпросив очередную отсрочку платежа, взял и помер. Но ты ведь сама понимаешь, что его долг никуда не исчез.

— Ну допустим, — я нахмурилась и скрестила руки в замок, положив их перед собой на столе. — И всё же, о какой сумме идёт речь?

— А это как посмотреть, — городничий закатил глаза к потолку и стал что-то подсчитывать, шевеля губами. — Твой папашка даже в хорошие времена платил мне сущие копейки. Поэтому за три последних года… с учётом уплаты городских взносов… и без учёта пени… итого получается… — он ещё что-то посчитал в уме и наконец, взглянул на меня с превосходством. — Итого получается двести тысяч пистолей, для ровного счёта! — он хлопнул громадной ладонью по столу и усмехнулся, глядя на меня. — Тебе не повезло, пичуга. Я знаю математику лучше всех в этом городишке! Во всяком случае, ещё никто не разу не решался за мной пересчитывать.