Книга Приют для фамильяров, дракону вход запрещен!, страница 125 – Александра Кузнецова

Итого, сто сорок одна тысяча триста тридцать.

Я озвучила сумму Виолетте и она начала радостно танцевать в центре комнаты, норовя наступить на хвост бедняжки Парфеноны.

Я же быстро набросала ответ с сотней благодарностей и вопросом, сколько я должна Натали за организацию. И музею за аренду.

— Мы спасли приют! И особняк! Ла-ла-ла…

Напевала Виолетта. Кажется в ней все еще плескалось много пузыриков.

Я была готова присоединиться к танцу радости, но тут взгляд зацепился за следующую карточку. Письмо от Пола.

— Что там? – сразу уловила перемену Виолетта.

Почерк Пола был ровным, аккуратным – но в этот раз без его обычных вежливых оборотов и пояснений.

«Госпожа Алиса. Пишу срочно.

Сегодня вечером в приют приходили представители городской управы. Сообщили, что если к утру не будет законной хозяйки, то опечатают особняк за долги, а фамильяров конфискуют.

Прошу вас приехать как можно скорее и с деньгами»

Я встала. Удивительно, но на душе была лишь упрямая уверенность.

— Мне нужно ехать в приют. Сейчас.

— Сейчас?! – Виолетта вскочила. – Алиса, ты едва на ногах держишься! Ночь!

— Поэтому сейчас, – сказала я твердо. – Утром они придут с ордером, опечатывать особняк за долги. Я должна быть там.

Виолетта нахмурилась:

— Разве они могут вот так вломиться и что-то опечатывать? Может натравить на них адвокатов?

— Я просто закрою долги и все… ох… Нужно же еще заехать к Натали за деньгами.

Виолетта пожала плечами и сказала:

— Как знаешь. Я дам тебе карету и деньги, потом вернешь.

Я подошла к подруге, взяла за руки и чуть сжала.

— Ты – самая лучшая на свете.

— Так и есть! – просияла Виолетта и чмокнула меня в щеку.

Через пятнадцать минут я уже сидела в карете с деньгами и смотрела в окно. Даже хорошо, что все решится прямо сейчас. Заодно в дороге мысли проветрятся, я пойму чего я хочу…

Карета катилась по спящему городу, а я любовалась. Закрытыми лавками, мирно покачивающимися вывесками, редкими огнями в окнах. Каменная мостовая отражала теплый свет фонарей.

Слова Сильвиана не отпускали. Я никогда не думала, какую цену мы все заплатили за это спокойствие. Я сжала кулаки.

Да, отчасти я была рада, что мой бывший оказался не просто светским повесой, что бесконечные балы, гуляния, приемы для него способ забыться. Дать зажить глубоким ранам. Я открыла в Сильвиане глубину, которую не ожидала и сложно было отрицать, что мне хотелось нырнуть еще глубже. Понять его.

Но как это может служить оправданием тому, что он сделал? Он до сих пор так и не извинился, а между тем уж я точно никак не была виновата в его измене, да и на королевство наше я тоже не нападала.

Наверное, по какой-то странной причине я действительно была ему нужна, раз он просил меня вернуться и все забыть. Я готова была в это поверить. Но что он сделал вместо извинений? Сначала напугал до смерти, а потом пригласил на завтрак в наш бывший дом? А если я не хочу?

Я поймала себя на том, что больше не могу думать о нем только со злобой. Но простить?

Он сказал, что любит меня, что не предаст. А что делать с его прошлым предательством? Ответов не было. Но одно я все же поняла точно.

Я не готова простить его просто потому, что ему в жизни пришлось тяжело. Мне этого не достаточно.

Чем дальше мы отъезжали от столицы, тем больше во мне росла уверенность и тем мягче становилась дорога. Камень сменился утрамбованной землей, запахи дыма и пряностей – холодным воздухом полей. Где-то в стороне тянулись темные силуэты амбаров, за ними – редкие огоньки деревень. Лошади шли ровно, уверенно, и в этом спокойном ритме мысли наконец успокоились и только тогда меня накрыло запоздалое осознание: я еду ночью, по пустой дороге, с огромной суммой денег.