Книга Звездные женихи для матери-одиночки, страница 20 – Майя Хоук

Пришлось пройти проверку на анализаторе, который даже по моим представлениям был рухлядью. Не удивительно, что машина заглючила в конце концов и мне сказали, что на утро объявят результаты. Утром я уже ушла в инопланетный блок.

Сердце стучит под горлом как бешеное, когда я разношу заключенным еду. Bce это время я ищу знакомые фиолетовые глаза, вглядываясь во тьму бараков. Надо сказать, что пленники федерации живут еще хуже нас. Наверное потому, что способны выдержать совсем уж бесчеловечные условия. За все то время, что я тружусь на рудниках, я уже успела изучить валорианцев - они крайне практичны и унижение врага для них не самоцель.

Характистика имперцев, которую я услышала от Доракса, описывает их как нельзя лучше - мы все просто третий сорт, средство для процветания Империи. И все, что сдерживает этих существ от того, чтобы делать условия еще хуже - простой и рациональный расчет: тогда пленники попросту умрут и некому будет рисковать своими жизнями в шахтах. Притом, что им нет никакого резона заботиться о нас.

Барак за бараком оказывается населен совершенно незнакомыми мне расами. Но Доракса я нигде не обнаруживаю.

Но ведь он попросту не мог оставить меня!

Наконец на глаза мне попадается карцер.

Дыхание спирает. Я слышала об этом ужасном месте, куда уводят самых несговорчивых. Наверняка мой мужчина там!

Обманом обойдя охрану, я приближаюсь к двери и несколько раз ударяю по ней кулаком.

Я понимаю, как сильно рискую в этот момент, но я ужасно соскучилась. Доракс и мысли о нем — главное, что позволяло мне держаться. Я не просто доверилась этому мужчине, я, кажется, его полюбила. Не знаю, в какой момент это произошло: тогда, когда мы дрейфовали в космосе или когда я уже жила в бараках и воскрешала в памяти его образ только чтобы отвлечься от безысходности, окружавшей меня плотным кольцом.

— Назовитесь, кто там, - негромко произношу я, перейдя на тот язык, на котором мы с Дораксом разговаривали.

Ответом мне служит тишина. Тогда я решаюсь сказать, кто я.

Несколько невероятно долгих мгновений по-прежнему тихо и затем я слышу тяжелые шаги. Вздох. Гремит цепь - должно быть, кто-то значительно выше меня присаживается около двери.

— Мы те самые пленники федерации, - голос совершенно мне незнаком. - И мы не знаем, о ком ты говоришь, девочка.

Я холодею по мере того, как слушаю собеседника.

— Наш разведывательный корабль действительно потерпел крушение. Но никто из нас не слышал об этих альтерранцах. И, подумай сама, ты этого мужчину случайно не выдумала? Излучение здешних кристаллов постепенно сводит с ума тех, кто не умеет противостоять их фону. Сама подумай, представители этой расы в лепешку расшибутся, если потеряют свою женщину. У них же с истинными связь, которая наизнанку выворачивает, если пары нет рядом...

В это самое время на плечо мне ложится лапа охранника.

Я толком не могу прийти в себя, пока меня волокут по длинному тюремному блоку.

"Значит, я ему не нужна", - это единственная мысль, которая крутится у меня в голове. И в миг, когда меня бросают на ковер перед начальником лагеря я хочу только одного - чтобы все это быстрее кончилось.

В самом деле, допрос не длится долго. Все и так понятно. Мое присутствие в запретном блоке уловили и сенсоры, и камеры. Валорианцы не из тех, кто будет разбираться, что я там делала. Для них имеет значение только одно: я нарушила правила, а значит, от меня нужно избавиться.