Книга Академия Высших: студенты, страница 204 – Марта Трапная

— Смотрите, смотрите, царапины зарастают, – закричала Гамаль.

Сигма посмотрела на камень. Он больше не был пыльным. Он был гладким, как будто его только что отполировали. И на нем выделялись белые, слишком белые, голубоватые даже, пальцы Айна – он вцеплялся ими в край циферблата.

— Айн, – позвала Сигма, – Айн, ты меня слышишь?

Айн открыл глаза и посмотрел на Сигму.

— Я знаю, о чем ты думала.

— Читаешь мысли?

— Я чувствовал. Это страшно. Это невыносимо.

Сигма отвела взгляд и посмотрела на Гамаль. Гамаль вежливо улыбалась. Перехватив взгляд Сигмы она пожала плечами.

— Не знаю, про что вы. Ничего я не чувствовала. Только этот стук, – она легонько начала стучать пальцами по поверхности, воспроизведя ритм.

Сигма смотрела на циферблат. Он был красивым, совершенно гладким, прозрачным внутри, но его зелень в центре уходила в глубокую черноту, которой точно не могло быть у основания часов. Как будто воронка провалилась куда-то далеко в пустоту. Сигме казалось, что и она сама проваливается в эту воронку, что нет границы между ней и этим непонятным пространством, что поверхность циферблата их не разделяет, потому что ее просто не существует. Сигма нырнула туда всем сознанием, как будто там, в этой воронке, был выход отсюда. Так иногда смотришь на пропасть под ногами и ощущаешь манящее желание шагнуть вперед. Только вместо Сигмы туда шагнула ее тоска и ее желание уйти. А Сигма осталась пустой, как стакан, из которого выпили всю воду. Сигма моргнула и посмотрела на циферблат. Что это было? Что это было с ней? Она ведь верила, что может сбежать отсюда через этот камень. По-настоящему верила. Даже больше – она почти сбежала. Но не получилось. Сигма еще раз с сожалением заглянула в черную воронку. А из нее всплывали желтые огоньки. Они поднимались к поверхности и искрами плавали у края циферблата. Чем бы ни были эти часы, кажется, теперь они заработали. Сигма выдохнула.

— Давайте уберем руки.

— Только все вместе, – быстро сказал Айн. – Раз. Два. Три.

Они одернули руки. Через несколько секунд волна света поднялась от циферблата, ударила вверх и рассеялась в сумерках. Это было красиво и почему-то очень правильно. Как будто все наконец встало на свои места.

Гамаль потерла щеку и рассмеялась.

— Ты всегда так вечера проводишь, Сигма?

Сигма с удивлением поняла, что чувство давящей несвободы ее оставило. Может быть, на время, может быть, оно вернется уже завтра. Но пока, без него, было намного легче.

— Спасибо, – сказала Сигма.

Айн вздохнул и посмотрел на Сигму с непонятным выражением лица.

— Что? – спросила Сигма. – Говори, а?

— Я бы хотел быть на его месте.

— На чьем месте? – сухо спросила Сигма.

— На месте того парня. Я даже образ его поймал.

— Не говори ерунды, Айн, – возмутилась Гамаль. – Телепатии нет. Много чего есть. А телепатии нет.

— Вот именно, – подхватила Сигма. – Но вообще, если хочешь знать, ты его полная противоположность.

— Это в чем же?

— Его все любят. А тебя все терпеть не могут.

Айн с изумлением смотрел на Сигму.

— С чего ты взяла?

Гамаль рассмеялась.

— Ты думаешь, тебя любят, да? Айн, ты смешной.

Сигма покачала головой.

— Айн, что-то мне подсказывает, что у тебя большие проблемы с теорией коммуникаций и еще большие – с практикой.

— Ну, можешь подтянуть меня по ней, я поговорю с Эвелиной.