Книга Академия Высших: студенты, страница 218 – Марта Трапная

— Угощайся, если хочешь.

Сигма покачала головой.

— Я лучше потом, если можно.

— А, да, так действительно будет лучше, – рассеянно сказал декан.

Прошло ровно пять минут, и он действительно закончил. Подчеркнул несколько раз что-то на листе и отложил его, перевернув белой стороной вверх, хотя Сигма даже не делала попыток заглянуть в его расчеты. Да если бы и сделала? Вряд ли бы она что-то там поняла, с ее-то способностью к математике!

— Итак, ты согласна дать мне доступ к событиям этого вечера, который ты провела со своими однокурсниками в Закрытом саду?

— Да, – спокойно сказала Сигма. – Согласна.

— Тогда у меня еще один вопрос. Почему ты отказала Эвелине?

— Потому что я не хочу вступать с ней в ментальный контакт, – ответила Сигма, уже понимая, что это только формальный ответ и декан, скорее всего, станет расспрашивать дальше. Но он не стал.

— Жаль, что ты не доверяешь своему куратору. Надо будет заняться этим вопросом, – сказал он. – Ты помнишь, что надо делать?

Сигма кивнула и посмотрела в глаза декану. И исчезла. Снова, как тогда, не успев ничего понять, потому что способность соображать к ней вернулась только когда она открыла глаза. Минуту она сидела и просто хлопала глазами, осматривалась, словно вспоминая, что это вообще такое – материальное существование. Но наконец, она ощутила, что стул под ней жесткий, комната залита голубоватым цветом, а в горле пересохло. А еще она устала и ей хочется спать.

— Все? Я могу идти?

— Скажи, а почему тебе захотелось починить эту разбитую панель?

Сигма вопросительно посмотрела на декана.

— Потому что она выглядела… неправильно.

— Деструктор говорит, что разрушенная вещь выглядит неправильно? Странно это слышать.

Сигма задумалась.

— В его разрушении не просматривалась польза. Бессмысленное разрушение ничем не лучше бессмысленного создания.

Декан кивнул.

— Ты права. Но почему же тогда тебе не захотелось вернуть гармонию, доломав этот предмет до конца?

— Не знаю, – призналась Сигма. – Я ведь не знаю, что это такое. Сначала я думала, это просто солнечные часы, но они не имеют отношения ни к часам, ни к солнцу. Мне кажется, что это не просто скульптура, а что-то другое. И механическое разрушение может сделать хуже… – Сигма замялась в поисках подходящего объяснения. – Это как, знаете, если сухожилие отрывается, оно уходит вглубь мышц и найти его очень сложно. Там тоже есть какая-то сила, какой-то поток, – Сигма вздохнула. – Может быть, он бы не ушел внутрь, а выплеснулся наружу. На нас.

— Да, ты верно предположила, – кивнул декан. – Образно говоря то, что ты называешь часами, закрытый кран.

— И мы его открыли? – тихо спросила Сигма, чувствуя холодок между лопаток.

Декан улыбнулся.

— Нет, конечно, это не в ваших силах. Но вы его… хм… отыскали. Отмыли. Сбросили ветошь, валяющуюся на нем. И теперь его может увидеть любой.

— Но если мы не можем его открыть, то чем это плохо?

— Ничем, если вы его отыскали по собственной воле. А не по воле того, кто сможет его открыть.

— Что? Чьей воле? Нет! – Сигма отчаянно замотала головой.

— Конечно, нет, я же видел, – декан протянул руку и похлопал Сигму по ладони. – Ничего страшного не случилось, вы ни в чем не виноваты. Можешь идти. И кстати, – он взял один из листов бумаги, свернул в кулек и высыпал туда печенье, – забери, тебе сейчас нужно.