Книга Академия Высших: студенты, страница 233 – Марта Трапная

Мурасаки поднял руку вверх и потыкал в стрелочку. Попасть удалось раза с пятого. К счастью, когда крышка капсулы отъехала, над ней никто не склонился, не послышались ничьи шаги и голоса. Мурасаки выдохнул и сел. Голова закружилась, и ему пришлось схватиться за перила у кровати. Когда перед глазами перестало плыть, Мурасаки понял, что ожила не только капсула, но и экран браслета, на который он смотрел. Там появились дата и время. И если у Мурасаки не повредились мозги, то в капсуле он провел три дня. Три дня! Мурасаки покачал головой. Ладно хоть не три года, и на том спасибо.

Капсула неожиданно заурчала, и Мурасаки увидел, как справа откидывается часть панели и превращается в две широкие ступеньки. Какое красноречивое приглашение удалиться! Мурасаки осторожно перекинул ноги на ступеньки и с удивлением понял, что ногам уже можно доверять. По крайней мере встать и спуститься на пол у него получилось.

Снаружи было холодно. Мурасаки поежился, обнял себя за плечи и осмотрелся. Он никогда не был здесь, в госпитале медицинского корпуса, и слабо понимал, куда идти. Но то, что он увидел, заставило его забыть о поисках выхода. Больше всего это место было похоже на инкубатор. Пять рядов медицинских капсул занимали все огромное помещение, от стены до стены. По нижней половине капсул пробегали огоньки, в них что-то ровно гудело и дергалось, а верхние половины были матово черными. Как та темнота, в которой он открыл глаза. Мурасаки вздохнул и еще раз осмотрелся. Надо же, он даже не подозревал, что в Академии такой огромный госпиталь. Но зачем? Или это городская больница, а не Академия? Это было бы понятнее, но… Мурасаки тряхнул головой. Нет, город не настолько большой, чтобы в нем могла быть такая больница, на столько мест одновременно. Здесь же не бывает природных катастроф! Что-то не сходится. Но если это Академия… то два таких зала хватит на всех учеников и учителей. Зачем бы это было нужно Академии? На случай войны? Или… Мурасаки почувствовал, как вдоль позвоночника пробежал нехороший холодок. Или на случай, чтобы всех студентов нейтрализовать и держать под контролем. И судя по количеству работающих капсул, именно это и произошло три дня назад: их всех вывели из игры. Как раз после того, как… Как что? Мурасаки прикусил губу. Что-то ведь случилось три дня назад! Что-то очень важное, он помнил! Но не помнил, что именно. Мурасаки нахмурился, инспектируя свою память, раскручивая ее в обратную сторону. Вот Кошмариция вытаскивает его из раздевалки. Вот ему становится плохо на утренней пробежке. Вот он не хочет просыпаться после тяжелой ночи. Вот ночной разговор с Кошмарицией. О чем? Он не помнил. А что было до разговора? Голова прострелила болью – от виска до виска. Проклятье, что с ним сделала Кошмариция, а?

Мурасаки потер щеку. Становилось все холоднее. Надо выбираться из этого инкубатора, и чем быстрее – тем лучше. А то следом за отравлением начнется обморожение. Он снова осмотрелся и, наконец, заметил красную стрелочку в одном из углов. Пока он пробирался к ней мимо капсул, то не увидел ни одной нерабочей. Странно. Все заняты? Значит, он легче всех отделался? Или, наоборот, он понадобился кому-нибудь из кураторов и его привели в чувство. Мурасаки пожал плечами. Почему бы и нет? Если здесь всех могут как кукол выключить и уложить в коробки, то могут и доставать, когда какая-нибудь кукла понадобится для очередной игры.