Книга Академия Высших: студенты, страница 85 – Марта Трапная

— Не знаю, – призналась Сигма.

— А мне нравится, – сказал Мурасаки.

— Ну какой ты мрачный разрушитель, ты все время валяешь дурака, – тихо сказала Сигма. Она потерла щеку. Даже наощупь кожа казалась горячей. Наверное, она вся сейчас пунцовая, как закат.

— Нет, я про тебя, если ты не поняла.

— Мурасаки, – еще тише сказала Сигма. – Не нарывайся. Ты думаешь, я не вижу, что ты делаешь?

— А что я делаю?

Сигма бросила планшет в рюкзак, застегнула его и рывком поднялась.

— Ты сам знаешь.

Она посмотрела на него сверху вниз и шагнула прочь. Он вскочил следом, поймал за руку и тут же отпустил, наткнувшись на холодный взгляд Сигмы.

— Прости, пожалуйста.

— Держи себя в руках, Мурасаки, – зло сказала Сигма. – Или сходи вечером погуляй с кем-нибудь! Прими холодный душ, в конце концов! Что бы ты ни думал о том, кто мы такие, я думаю, что исключают нас по-настоящему. А я не хочу, чтобы нас исключили, понятно?

Мурасаки поднял руки вверх.

— Все, все, я не трогаю тебя. Только не убегай.

— Почему?

— Мы же вроде должны учиться вместе, ты сама мне утром про это напоминала.

— Ну так давай учиться, – Сигма продолжала злиться и на себя, и на Мурасаки. Она даже не понимала, на кого из них двоих зла больше. Наверное, все-таки на него. Или на себя. Или на обоих. Или даже на Констанцию с ее дурацкими условиями. Или все-таки на Мурасаки, который довел Констанцию до этих условий.

— Тогда смотри вон туда, – как ни в чем не бывало махнул рукой Мурасаки в сторону пирамиды из лестниц с перекладинами на разных уровнях. – Начнем с простого. Если нам надо вписать круг в этот треугольник, где у него будет центр? И каким будет радиус.

Сигма посмотрела на пирамиду. Потом на Мурасаки. Потом снова на пирамиду.

— Ты с ума сошел? Ты хочешь, чтобы я решала это в уме?

— Ты с ума сошла? Что тут решать?

Сигма снова смотрела на треугольник, образованный двумя лестницами. Как в них вписать круг?

— Не могу представить, – призналась она.

Мурасаки вздохнул.

— Ладно, даю подсказку, мрачный разрушитель. Что ты знаешь про этот треугольник?

Сигма сощурилась.

— По-моему, он равносторонний.

— Прекрасно. А что насчет вписанной окружности в равносторонний треугольник?

— А что насчет нее? – с удивлением спросила Сигма.

— Сигма-а-а, – простонал Мурасаки. – Ты раз пятьсот уже решала такие задачи. Или больше. Сколько можно, а? Ты до сих пор не запомнила?

— Что не запомнила?

— Смотри и не говори, что не видела. То есть никому не говори, что ты видела. Формально это все-таки изменение климатических параметров.

— Что именно это?

Мурасаки кивнул в сторону лестниц. И вдруг пространство между ними полыхнуло и в центре оказался большой синий пылающий шар, по которому пробегали желтые змейки искр.

— Что это?

— Шаровая молния. Для тебя ключевое слово – шаровая. Смотри внимательно, что ты видишь?

Сигма пыталась сообразить, что она видит. Шар действительно касался обеих лестниц. И почти касался земли. Вписанный круг. И змейки искрами осыпались на траву светлячками. Интересно, она не загорится?

— Ну, – требовательно сказал Мурасаки. – Смотри на пропорции. У тебя не очень много времени, молния скоро заземлится.

— Мурасаки, это так красиво, что я не могу думать, – призналась Сигма.

Шар с треском исчез. Мурасаки с досадой махнул рукой.