Книга Сделка равных, страница 24 – Юлия Арниева

Спустя полчаса мы уже сидели в кэбе. Дик занял место на козлах рядом с извозчиком, а мы с Мэри устроились на жестком сиденье внутри экипажа. Колёса с грохотом покатились по булыжной мостовой, унося нас прочь от сонных улочек Блумсбери в сторону Бонд-стрит — сияющего сердца лондонской роскоши.

Мастерская мадам Лефевр располагалась в изящном здании с высокими витринами, за стеклами которых застыли манекены, демонстрируя последние парижские моды. Стоило нам переступить порог, как навстречу вышла сама хозяйка — невысокая, сухопарая женщина лет сорока. У неё были острые черты лица и взгляд настолько проницательный, что казалось, она видит не только фасон моего платья, но и содержимое ридикюля.

— Мадам, добро пожаловать! — она окинула нас оценивающим взглядом. Её внимание на мгновение задержалось на Мэри, брови едва заметно дрогнули, но мадам тут же вернула лицу маску профессиональной любезности. — Чем могу быть полезна?

— Мне нужен гардероб, — сказала я без лишних вступлений. — Три повседневных платья из тонкого муслина, простого и безупречного кроя. И три парадных для вечерних выходов: тяжёлый шёлк, современный силуэт, но сдержанные цвета.

Мадам Лефевр понимающе кивнула, ловко вынимая из кармана блокнот.

— Разумеется. А для мадемуазель? — она кончиком карандаша указала на замершую у входа Мэри.

— Для мисс Браун, — подтвердила я. — Два строгих повседневных платья из качественной шерсти и одно выходное.

Мэри вспыхнула до корней волос, став под цвет пунцовых лент на ближайшей шляпке, но я проигнорировала её смущение.

Хозяйка ателье повела нас вглубь мастерской, где на столах, застеленных сукном, лежали отрезы тканей, а на стенах висели эскизы.

— Сейчас все подражают античным модам, мадам, — поясняла она, разворачивая перед нами листы с рисунками. — Высокая талия под самую грудь, струящийся прямой силуэт и минимум украшений.

— Хорошо, но никаких кричащих оттенков, — я коснулась края нежно-серого шелка. — Выбирайте лавандовый, кремовый или бледно-зелёный.

— Превосходный вкус, — одобрила мадам Лефевр, делая пометку. — Для вечерних выходов рекомендую этот шёлк: дымчато-серый с серебряным шитьем или приглушённый голубой. Это подчеркнёт достоинство, не создавая лишнего шума.

— Подойдёт, но мне нужно одно парадное платье к среде.

Мадам Лефевр нахмурилась, прикусив губу и быстро прикидывая сроки.

— Среда… это крайне мало времени, мадам. Моим швеям придётся работать при свечах всю ночь. За спешность придётся добавить пять гиней к обычной стоимости.

— Я согласна.

Мадам Лефевр удовлетворенно улыбнулась и властным жестом пригласила нас к высоким зеркалам.

— В таком случае, приступим к снятию мерок.

Следующие несколько часов прошли в суете, наполненной шорохом тканей и мерным перестуком каблучков. Мадам и её помощницы обмеряли нас с Мэри, записывая цифры в длинные узкие реестры, прикладывали образцы шелка и муслина к лицу, обсуждая тончайшие детали отделки.

Мэри стояла как истукан, боясь лишний раз вздохнуть и густо краснея всякий раз, когда чужие руки касались её плеч или талии. Я же спокойно утверждала эскизы, проверяя фактуру тканей на ощупь.

Наконец все формальности были улажены. Мадам назвала итоговую и весьма внушительную сумму, но вполне оправданную скоростью и качеством. Я расплатилась, небрежно отсчитывая золотые монеты. Деньги на это были. После продажи секрета жженого солода пивоварам, оставалась приличная сумма, а вскоре мой бюджет должен был пополниться первыми выплатами от Интендантства.