Книга Сделка равных, страница 87 – Юлия Арниева

Домой мы вернулись, когда день уже давно перевалил за полдень, и солнце начало медленный спуск, растягивая тени на Кинг-стрит. Сбросив перчатки и шляпку, я первым делом вызвала Томаса.

— Отнеси записку мистеру Финчу, — велела я, протягивая запечатанный конверт. — Поспеши, чтобы застать его на месте и дождись ответа.

В записке было кратко: «Прошу уведомить Интендантство, что к завтрашнему утру жду доставки первых двух туш говядины на склад в Саутуорке. На следующий день еще две».

Томас умчался, хлопнув дверью. Я отложила перо и наконец-то позволила себе подняться из-за стола. Сил едва хватило на то, чтобы пересечь комнату и опуститься в кресло у окна.

День, начавшийся с банка и закончившийся булавками мадам Лефевр, наконец был позади. Я откинула голову на спинку, чувствуя, как ноет спина после многочасовых поездок и примерок. Пока я писала записку, Джейн принесла поднос с чаем и теперь, когда в кабинете стало тихо, я с наслаждением обхватила теплую чашку ладонями. Но стоило мне сделать первый глоток как в дверь негромко, но настойчиво постучали.

— Леди Сандерс, — Джейн стояла на пороге. — К вам… посетительница. Мисс Лидия Морган. Она просит вас её принять.

— Где она?

— Внизу, леди Сандерс. Миссис Грант проводила её в гостиную. Мисс Морган представилась вашей сестрой и так… так решительно прошла мимо, что миссис Грант не успела осведомиться, ожидают ли мисс Морган.

«Не успела осведомиться» — великолепная формулировка. Это означало, что Лидия впорхнула в дом, не дав экономке и рта раскрыть, с тем самым ослепительным нахальством, которое маменька всегда называла «обаянием», а я про себя звала куда менее лестным словом.

Я на мгновение задержала взгляд на Джейн, которая всё ещё ждала моего ответа. Впустить Лидию в гостиную было ошибкой, но теперь, когда она уже была внутри, эта ошибка могла обернуться и удачным стечением обстоятельств. Выставить Лидию из дома через несколько минут после того, как она в него вошла, будет для её репутации ударом куда более болезненным, нежели простой отказ в приёме. Лондон всегда был жаден до зрелищ, и если уж давать представление, то стоит позаботиться о том, чтобы оно вышло правильным.

— Хорошо, — я поднялась из-за стола. — Джейн, позови Дика, пусть ждёт в прихожей.

— Да, леди Сандерс.

Я вышла из кабинета следом за Джейн и направилась к лестнице. Еще не достигнув первой ступени, я услышала голос Лидии. Он доносился из гостиной — звонкий, восторженный, обращённый, судя по всему, к стенам, потому что Лидия никогда не нуждалась в собеседнике.

— … какая прелесть! Какие обои! И камин, посмотрите, серый мрамор, это же итальянская работа, не правда ли?

Остановившись на пороге, я несколько секунд молча наблюдала за этим спектаклем.

Лидия стояла посреди гостиной, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, как девочка, попавшая в кондитерскую лавку. Она похорошела с тех пор, как я видела её в последний раз, или мне так казалось, потому что Лондон шёл ей больше, чем Кент. Золотистые локоны, уложенные по последней моде, дорожное платье из палевого муслина с кружевной отделкой на лифе, соломенная шляпка с лентами, которую она уже сняла и небрежно бросила на диван, как бросают вещи в собственном доме. На шее нитка жемчуга, в ушах маленькие серёжки с топазами, на запястье знакомый браслет с филигранью.