Книга (Не)желанная истинная северного дракона, страница 66 – Илана Васина

На это я не нашла, что ответить.

Прикусила губу и затихла.

Тиарх тоже замолчал, нахмурившись так, будто решал сложнейшую задачу. Взгляд его скользнул по моей фигуре, задержавшись на подоле платья.

— Твои наряды… — он запнулся, подбирая слова. — Поистрепались в полётах. Висят клочьями.

Я невольно уставилась на платье, в котором была.

Разгладила руками подол.

Вот что он придирается? Нормальное платье. Из простой шерсти, однотонное, коричневое. Недавно его стирала. Уж точно ничего клочьями не висит.

— Я не просто так подарил ткань, — продолжил тиарх. — Ты моя гостья... в числе прочего. И я обязан оказать тебе радушный приём. В том числе позаботиться о твоей одежде. Выбери себе ткань.

— Чтобы мне интереснее сиделось под замком с иголкой в руках? — ядовито поинтересовалась я.

Глаза тиарха вспыхнули золотом. Бьёрн на мгновение сжал кулаки и напрягся, но тут же взял себя в руки. Мой подкуп явно давался ему с трудом.

— Ты гостья тиарха, а не швея. Я пришлю к тебе кладовщицу со швеёй, они снимут мерки. А пока… — он сделал паузу. — Раз уж ты так рвёшься из комнаты, я разрешаю тебе выйти. Вечером.

Я замерла, не веря своим ушам.

— Правда? Я могу идти куда захочу?

— В моем сопровождении, — охладил он мой пыл.

— Ну хоть так... — я пожала плечами. — И чем мне заниматься до вечера?

— Говорят, девы из мира людей любят сладости.

Бьёрн вдруг подошёл к столу и выложил из кармана небольшой свёрток, обёрнутый в промасленную бумагу. Очень странно смотрелся этот свёрток в его больших, мозолистых руках… наверно, больше привыкших к мечу. Видимо, в моём взгляде отразилось недоумение, потому что тиарх снизошёл до пояснения:

— Это засахаренные орехи в горном меду. Лионела говорит, они лучшие в тиархоне. Попробуй. Если, конечно… тебе такое нравится.

Он напряжённо застыл, внимательно отслеживая каждый мой жест.

Я не на шутку напряглась.

— Ты даёшь мне эти сладости просто так? Ну то есть... Ты хочешь за них что-то получить?

Его бровь взлетела вверх, а в глубине зрачков вспыхнула досада. Потому что истинная приписала ему мелочность? Он вдруг криво усмехнулся:

— Это же глупая мелочь. Что я могу за неё ожидать, кроме… разве что твоей улыбки?

— В таком случае спасибо, тиарх, — осторожно взяла свёрток и с интересом развернула. — Мне нравятся сладости.

Бьёрн кивнул.

Мне даже показалось, что он с облегчением выдохнул, довольный моей реакцией.

— Вечером я зайду за тобой, чтобы показать тебе замок.

Он развернулся, чтобы уйти, но уже у самой двери снова замер.

— И надень что-нибудь… потеплее. В коридорах сквозняки.

Дверь закрылась, щёлкнул замок. Я перевела взгляд на орехи, потом на дверь. Появилось ощущение, что последние четверть часа мне приснились.

Бьёрн заботился обо мне с грацией танцующего медведя. Это было забавно, странно и… почему-то пугало меня сильнее, чем его гнев. К злому буке-дракону я уже привыкла, а вот к такому — неожиданно внимательному — я была совершенно не готова.

На этой мысли вздохнула и… засунула в рот лакомство.

Орехи оказались невероятно вкусными. Хрустящее ядро, пропитанное терпким горным медом с ароматом хвои. Я планировала съесть один, но очнулась, когда на бумажке осталась только липкая пыльца.

— Проклятье, Бьёрн, — пробормотала я, облизывая палец. — Это был запрещённый приём.