Книга Дракон учебе не помеха, страница 149 – Валентина Третьякова

Четверокурсники опешили не меньше, чем сама Сьюзен, и вслед за Милли Тайрон принялись аплодировать новой парочке. Милли переживала за бал, она не была уверена, что Марвин Пай пригласит именно ее, а не свою бывшую, но теперь можно было расслабиться. Герцог Ланийский ни за что не пойдет с той, которая целовалась с Неви Трофом у всех на глазах.

Неви оторвался от губ ведьмы и с самодовольным видом обвел взглядом присутствующих. Он обнял покрасневшую, как свекла, Сьюзен обеими руками и слегка потряс.

— Все видели? Это моя девушка, и мы вместе идем на Зимний бал! — крикнул он с вызовом.

Такого результата Аня-Линда не ожидала, но ей ни капли не было жалко Сьюзен Олди, которая травила несчастную сироту и желала ей смерти.

Вдруг кто-то дернул Линду за руку, разворачивая к себе. Это был Марвин Пай, решивший повторить смелый поступок Трофа и присвоить себе самую желанную ведьму всего курса. Но, как и в случае с Патрицией Олди, реакция бывшего капитана студенческой волейбольной команды была молниеносной. От подающего удара челюсть дракона клацнула, а голова мотнулась в сторону со скоростью запущенного спортсменом-профессионалом мяча. Линда оттолкнула наглеца от себя и шустро спряталась за спиной профессора Фокс.

— Студенты Троф и Пай, идете со мной к ректору! — грозно рявкнула травница. — Неви, сейчас же отпусти кэри Олди! Никаких лекарей, Марвин. Ты же дракон, не рассыпешься от одного удара слабой девушки.

Герцог Ланийский очень хотел возразить насчет “слабой”, но не мог. Только моргал быстро-быстро, смахивая накатывающие от боли слезы, и судорожно вдыхал воздух, пытаясь охладить распухающий прикушенный язык.

У Залана Мора день тоже вышел очень запоминающимся. Утром он сунул в портфель три папки, в которых фигурировали одинокие девушки, и отправился прощупывать почву на предмет их финансовой уязвимости. Но дальше первой он не ушел. Когда ему открыли дверь и пригласили войти, Мор отклонился назад, встал на “мостик”, затем пошел руками вперед. Его грудь опустилась на пол, голова высунулась между ног и уставилась на хозяйку дома вытаращенными от боли глазами. Это выглядело до того противно, что девушка в ужасе завизжала.

Мор хотел попросить о помощи, но вместо слов из его рта вырвалось поросячье хрюканье.

Прибывшие стражи порядка раскрючить скрюченного хулигана не смогли, потащили в участок, как есть, согнутым в кольцо. Там он вывел их из себя, плавая в камере по воздуху между другими задержанными. Как поднялся, так и не опустился, невзирая на неоднократные приказы приземлиться. Ближе к вечеру Мор перестал хрюкать и начал орать, что ему в зад вонзаются стрелы.

О необычном происшествии доложили градоправителю, и в академию Золотого Феникса отправился второй секретный доклад о творящихся в Стоунгеме безобразиях.

Линда любовалась мишенью, в центре которой дружным пучком торчали ее стрелы. Даймон был прав: стоило представить в качестве цели здницу Мора, дело пошло на лад. Она вздохнула.

Как же ей не хватало вторжений в ее личное пространство одного сероглазого, невозмутимого дракона! Линда скучала по его уверенным рукам, по широкой груди, на которой она пряталась от невзгод. Удивительное дело: они не встречались, как парень с девушкой, но почему-то воспоминаний об объятиях и прикосновениях было очень много. Причем, самых теплых, самых волнующих, и все это никак не помогало забыть о Даймоне.