Книга Дракон учебе не помеха, страница 167 – Валентина Третьякова

— Да, Ваша Светлость, так все и было, — промурлыкала Линда, поудобнее устраиваясь на его груди.

— То есть, я зря столько времени…

Линда приподнялась, чтобы заглянуть Даймону в глаза. Ее лицо стало серьезным.

— Нет, не зря. Ты все правильно сделал. Да, я хотела, но… Но я…

— Ты не смогла бы расслабиться, — утвердительно сказал Даймон.

— Да-а-а, — выдохнула Линда. — Я поверить не могу…

— Все позади, мое сокровище, все позади, — быстро произнес дракон, притянул ее к себе и нежно поцеловал.

Проснулась Линда так же, как и заснула, — в объятиях Даймона. “Не сон… Это не сон! Я свободна! И любима…” — возликовала она. На задворках сознания всплыла темная мысль о неизбежной будущей жене герцога Стоунгемского и расставании, но ее смыла волна дикого счастья, когда дракон пошевелился и нашел ее губы своими.

— Линда… Аня-Линда, — прошептал он, обжигая кожу дыханием, и поцеловал глубоко и влажно.

— Даймон…

Линда не могла оторваться от его тела. Ее руки выглаживали спину и крепкие бедра, зарывались в темные, жесткие волосы, скользили по рельефному животу, вырывая у Даймона глухие стоны. Он выпустил ее губы и втянул нежную кожу на шее. Прикусил зубами и тут же провел по этому месту языком. Линда ахнула и запрокинула голову, открываясь необузданным поцелуям дракона. Следов она не боялась, — ночью в купальне Даймон показал ей, как легко излечиваются синяки при помощи магии. Ей безумно нравилась сила, с которой Даймон любил ее, нравилось полностью терять себя в ощущениях, которые он ей дарил. Ее руки ослабели и задрожали. Пришлось сцепить пальцы, чтобы не размыкать объятия, чтобы быть как можно теснее, ближе, до самой вершины, до взлета в небеса наслаждения…

Сил встать не было, поэтому в купальню она отправилась на руках Даймона. Он осторожно опустил ее в ласковую теплую воду, затем сел сзади, обнял и сказал:

— Линда Рэй.

Линда-пока-еще-Дэвис замерла.

— Линда Рэй, герцогиня Стоунгемская. Это имя идет тебе больше, чем Дэвис, — уверенно сказал Даймон. — И я хочу, чтобы ты это знала.

Сказал и провел губами по ее покрасневшему ушку.

Линда рвано вдохнула. И от чувственной ласки, и от услышанных слов. По телу пробежала дрожь удовольствия.

— М-м-м, я рад, что ты согласна, — промурлыкал Даймон в ее затылок.

— Я ничего не говорила, — хрипло сказала Линда, блаженно улыбаясь.

— М-м-м, я рад, что понимаю тебя без слов, — прошептал Даймон и начал целовать ее шею…

Дворецкий Прауд на цыпочках вошел в гостиную. Бесшумно взял поленья и положил их в камин на тлеющие угли. Когда от разгоревшихся дров потянуло теплом, Барсик, который калачиком спал на ковре у камина, развернулся и лег на спину, широко раскинув лапы и хвост. Николас Прауд присел рядом и почесал растолстевшее после вчерашнего пиршества пушистое брюшко. В ответ раздалось громкое мурлыканье.

— Вот, так-то лучше. Спи, спи, страдалец, — сказал дворецкий, которому Барсик поведал свою душещипательную историю. — Столько месяцев в ожидании провел.

Пока в особняке Рэев спали, Сьюзен Олди ехала забирать свой бальный наряд. Лучшая портниха города, Лилия Адамс, почему-то наотрез отказалась шить ей платье, но Неви Троф сказал, что нашел мастерицу не хуже. Та действительно произвела отличное впечатление. Сняла со Сьюзен мерки, до мелочей обговорила фасон, цвет и детали и пообещала, что к балу все будет готово.