Книга Королева северных земель, страница 159 – Виктория Богачева

Увидев в дверях Сигрид, она подняла голову и улыбнулась.

Воительница бросила взгляд на мужчину. И без того поджарый и сухой, после ранения он исхудал ещё шибче. Кожа обтягивала широкие, острые скулы. Не раз ломанный нос с горбинкой на осунувшемся лице казался непривычно огромным, даже будто бы чуждым. Старый шрам выглядел ещё страшнее.

Грудь Хакона едва заметно вздымалась. Сигрид и сама не заметила, как прикипела к ней взглядом, наблюдая: вверх, вниз, вверх, вниз. Верно, Рагнхильд сидела и смотрела на неё днями напролёт.

Если он выживет, это будет настоящая милость Богов. Но едва ли вновь возьмётся за меч. С такими ранами в походы не ходят, это Сигрид знала не понаслышке.

Был у них в поселении хирдман, которому копьё также угодило в живот. Ему повезло: не пробило кишки, ничего не разорвало. Но рана затягивалась долго и мучительно. А как зажила, так болела на плохую погоду. Да ещё срослось всё криво, хирдман не мог высоко руку задирать, мечом замахиваться.

Сигрид тряхнула головой. О таком она, знамо дело, Рагнхильд не расскажет никогда.

— Ты Рагнара ищешь? — спросила та. — Он пошёл к рунному камню. На вершине скалы.

Воительница прищурила глаза и тряхнула косами.

— Повздорили, да?

Прежде Сигрид не замечала за ней подобной прозорливости.

— Рагнар лютует, — спокойно пояснила Рагнхильд, так и не дождавшись её вопроса. — Вот я и помыслила.

Они замолчали и посмотрели на бессознательного мужчину.

— Хакон для Рагнара как брат. Даже ближе, чем наш младший, Бьорн, — Рагнхильд судорожно вздохнула.

И он всё равно помыслил, что Хакон может его предать. Впрочем, это Сигрид как раз понимала. Рагнар был суров к другим, ещё суровее — к себе.

— Будь с ним помягче, — Рагнхильд вдруг схватила её за руку, и воительница так опешила, что даже не попыталась вырваться. — Он конунг, но ему тяжело.

Неожиданно для самой себя Сигрид кивнула.

Хакон завозился, рука, лежавшая поверх одеяла, сжала мех. Он кашлянул несколько раз, и Рагнхильд торопливо подошла к нему, склонилась, поддержала бережно под шею.

Сигрид молча развернулась и бесшумно выскользнула из хижины.

На вершину утёса ноги привели её сами по себе. Рагнхилид оказалась правда: её брат нашёлся там. Неподвижно стоял на одном колене напротив рунного камня, и воительница сперва замялась, не решаясь подойти. Но затем под её сапогами хрустнула ветка, и таиться уже не было никакого смысла.

Она приблизилась и также опустилась на одно колено, склонив голову. Несмотря на ворчание и очень долгую притирку, Хакон ей нравился. А ещё сильнее с некоторых пор ей нравилась Рагнхильд. Для всех будет лучше, если тот выживет.

Не глядя на неё, Рагнар поднялся. Закатив мысленно глаза, встала и Сигрид. Увидела, что тот спрятал нож в голенище сапога, а затем попытался правой рукой затворить кровь от пореза на левой.

— Дай мне, — она настойчиво протянула ладони и сама наложила повязку.

Когда, закончив, подняла взгляд, встретилась с его очень злыми, холодными глазами.

Она и рта не успела открыть.

— Нет, — и вновь услышала то слово, за которое чуть не возненавидела его накануне.

Сигрид схватила его за ладони, не позволив развернуться и уйти: она видела, именно это он и намеревался сделать.

— Хакон едва не умер, — прорычал Рагнар ей в лицо. — И даже Боги не ведают, поправится ли! Он одной ногой на пиру Одина в Вальхалле, Сигрид! И тебя я вслед за ним не потеряю.