Книга Рябиновая кровь, страница 100 – Марина Адлер

Стала задыхаться и рыдать, но сильные руки тут же приподняли в кровати, обняли и крепко сжали, даря защиту и успокаивая. Открыв глаза, сразу поняла у кого оказалась на коленях, чье тело греет меня, а руки гладят по голове с трепетной нежностью.

— Что со мной? — больше умоляя, нежели вопрошая, посмотрела я на колдуна. Тот был необычайно спокоен, слегка касаясь моих волос и проводя по ним пальцами. Только сейчас я поняла, что коса моя распущена, а тело покрывает тонкая ткань ночного одеяния. На улице уж смеркалось, а на столе горело несколько свечей.

— Когда-то у меня была возлюбленная, Ягда, — начал он тихо и как-то осторожно. — Я любил свою жену больше неба и солнца. Так, что готов был ради нее пойти на всякий грех. Отказался ради нее от наших Богов, протащив их статуи лошадьми по городу, выдворяя нечестивость. Приказал выстроить церковь из камня. Заставил яровчан поклоняться единому Богу, хоть и не просила она меня о том. — Я тихо опустила голову на плечо колдуна, стала слушать частый стук его сердца и умиротворяющий голос, боясь спугнуть откровение, возникшее меж нами. Князь медленно и осторожно продолжал гладить по волосам, заставляя прикрыть глаза от удовольствия. — Оберегал свою княгиню, холил и лелеял, не смотря на то, какие несчастья следовали по ее пятам.

— Что стало с ней? — осмелев, спросила, понимая, что нет уж в живых княгини, коль место ее заняла я.

— Предала она меня. Оставила в час, когда больше всего в ней нуждался.

— Как? — удивилась я. — Сбежала?

— Не просто сбежала… а сбежала с моим врагом. Думал, любит меня, а оказалось, что любовь эта до первых невзгод дожила.

-тогда почему образ ее украшает окна тронного зала? — сразу догадалась я, кто именно та княгиня— предательница. — Почему отзываешься о ней с таким теплом и трепетом? И отчего же я так схожа с ней внешне?

Князь вдруг напрягся, а дыхание в мужской груди застыло. Он осознал, что без труда догадалась о ком его рассказ. Однако, скрывать он уж и не старался той правды.

— Верно все подметила, княжна. Ответ мой прост: потому, что любил я ее, даже не глядя на предательство. А похожи вы, потому, что она дитя Дарийской династии, как и ты. Только имя ее, видно, вычеркнули из летописей за посрамление семьи. За то, что вопреки воле отца стала мне женой. — Я вздрогнула, когда слова князя совпали с моими видениями, а он продолжил: — Не хочешь ли теперь ты мне рассказать про свои сны беспокойные?

Глубоко вздохнув, поняла, что не готова поверить в то, что происходит. Не готова была принять и то, что перерождение княгини Рады возможно и что видения ко мне приходят не с проста. Даже колкая ревность настигла, когда с такой любовью отзывался о жене колдун. Не имела права ревновать его, когда сама полюбила другого, но это само происходило вопреки всему.

— Видится мне Рада в тех снах и ее судьба. И сны те совпадают с твоими рассказами отчасти, — быстро проговорила, чтобы не передумать.

— Отчасти?

— Картины и видения обрывочны, а образы туманны. Мало этого, чтобы судить. — Я посмотрела вновь на бездушную маску мужчины, но уже с опасением. -только не сочти умалишённой, князь! Такого ранее не происходило!

— Чш— ш— ш… — прижал колдун вновь мою голову к груди и принялся гладить смелее. — Не посчитаю так, Ягда, никогда. Будь тверда и уверена в том.