Книга Рябиновая кровь, страница 97 – Марина Адлер

Как назло, с самого утра в трапезной, князь объявил, что не желает, чтобы его жена более ходила по ночам гулять. Словно прочитав мысли о том куда хотела бы уйти, колдун освободил меня от знакомства с его землями и народом. Вместо этого спросил:

— Ягда, видела ли ты как девы прыгают через костры, как молодые парни ловят их в свои руки. Как венки с голов снимают незамужние девушки и отдают на волю судьбе?

Я поперхнулась, отпивая из кубка сыту. Стало вновь стыдно. Вдруг муж знает больше, чем думаю, а сейчас проверяет на лживость? Вдруг нас с Яромиром, целующихся у пруда кто-то увидал?!

— Видела, — тихо промямлила я и с опаской посмотрела изначально на мужа, после на гостей, которых он собрал сегодня за своим столом.

Но все молча лишь ожидали моего ответа. А получив его, спокойно улыбнулись, словно ничего постыдного никогда не происходило на этом празднике. Лишь Волибор остановив на мне свой мрачный взгляд, слегка ухмыльнулся, заставляя поскорее опустить глаза от стыда.

— Понравился праздник, жена моя? — смело продолжил князь.

— Конечно. Никогда не пускал меня отец на празднование солнцеворота, — стала смелее отвечать, чтобы не сойти за слабовольную.

Вокруг, словно гром, раздался смех, заставляя вздрогнуть. Я с недоумением напряглась, удивляясь реакции дворян. Однако, мою руку, что лежала на колене, вдруг накрыла широкая ладонь колдуна.

— Наверняка дочки князя Дарского и вовсе не видали белого света до свадьбы! — небрежно бросил один из мужчин, смеясь. Он выпил не один кубок медовухи, не глядя на ранее время что и развязало его язык.

В этот же миг князь резко ударил посохом о деревянный пол. Да так, что от его сил словно весь княжеский дворец покачнулся, так все затряслось.

— Не сметь! — громко и низко пророкотал колдун. Он не оправдывал меня и не пытался даже объяснить своим подданным в чем именно их вина. Всё стало ясно им в тот же миг, как был озвучен приказ.

Щёки мои запылали, запоздало принимая насмешку бояр. Они привыкли к другому укладу жизни и не понимали, как юную деву в самом расцвете, даже при том, что она княжна, можно не пустить на праздник, предназначенный для поиска возлюбленного. Кроме всего прочего, заметила, сколь сильно верят в обряды этой особенной ночи яровчане.

Волибор с тревогой посмотрел на князя, а когда я обратила к нему свой взор, то ещё больше оторопела. Колдун смотрел на меня своими серебристыми глазами и словно боялся, что дурно подумаю о его людях и даже о нем самом. Все погрузилось в тишину, заставляя от неловкости слегка повести плечами и осмотреться. После я решила сама высказаться. Поднялась.

— Не стоит высмеивать обрядов ни одного иноземного князя. Праздник был прекрасен, но меня и смутило в нем многое. — Кто-то дернулся от возмущения, порываясь высказаться, но не посмел, когда колдун тоже встал рядом со мной, поддерживая все, что говорю. — Я поняла своего отца и его мудрость. Но и принимаю правила новой своей родины, чту традиции. Пусть и вашим словам сопутствует мудрость, а не хмельные напитки.

— Сегодня я прощаю тебя Варн, — поспешно добавил князь, — но впредь, помни: оскорблять мою жену — равно оскорблять меня самого.

— Да я не мыслил дурного, князе! — стал нараспев лепетать мужчина, попутно икая от сразившего его страха.