Книга Рябиновая кровь, страница 87 – Марина Адлер

— Прыгнешь через костёр, ягодка — дашь знать, что свободна.

Неожиданно прервал слова Яромира девичий вскрик. Одна из девиц поскользнулась на сырой траве, приземляясь после высокого прыжка и упала. Подол её сарафана и без того был смело поднят, а после падения вовсе задрался, оголяя молочные бёдра и бельё красавицы. К ней подскочило сразу двое парней. Взялись помогать, отряхивать одежду, да незаметно оглаживать ноги, будто проверяя, не ушиблась ли. Губы мужчин красила улыбка, а лицо девы залил бурый румянец. С нескрываемым удовольствием за этой картиной наблюдали и другие парни. Сдерживаемый лишь разумом и воспитанием суровых родителей, голод блестел в их глазах.

— Какая дикость! — Обернулась я к водяному. — А девушки знают о таком правиле?

Парень рассмеялся.

— Конечно, Ягда. Ещё как знают! Сами пожелали прыгать через костёр. Сами плоды будут собирать. Но не бойся за них, ласточка. Никто и пальцем не тронет ни одну из них без дозволения. Таков закон. А преступивший его, вмиг на верёвке окажется. Князь наш мудр, но суров. Насильничества не терпит. Как и любого преступления в Яром Княжестве.

Смущённо поправляя юбки сарафана снова посмотрела на молодёжь у костра. Заметила, как недавно поднятая парой молодцев дева, взяла под руку одного, а другого шутливо оттолкнула. Вскоре пара уж плясала вместе с остальными у более дальнего, высокого костра. Там, где не прыгали через пламя люди, но танцевали и пели.

— Так вот почему отец этот праздник лиходейством называл, — сказала задумчиво. — Вот почему нам с сёстрами не разрешал его посещать. Почему вовсе не запретил его папенька?

— Не посмел отнять Литород обычаи древние у своего народа. Оставил волеизъявление. Любой имеет право почитать своего Бога или же Богов. Но осквернять чужих — поступок недостойный мудрого человека.

Я с удивлением вновь обернулась к Яромиру, сейчас он открылся для меня с совершенно иной стороны. Слова его были прекрасны, отражая душу, а лик дополнял прекрасный образ водяного. Сердце забилось в груди, затрепетало безвольной птицей. В это мгновение оно и дало понять, что внутри у меня поселилось настоящее чувство к Яромиру. И вопреки всем брошенным ранее признаниям водяному, оно вовсе не теплилось в груди дружеской привязанностью. А разгоралось подобно самому большому костру, через который, как ни старайся, мне не перепрыгнуть.

— Так что, Ягда, рискнёшь? — кивнул водяной подбородком на вереницу девиц, которые ожидали очереди опробовать пламя на себе. — Прыгнешь через костёр и дашь понять мне, что свободна. Я и так это знаю, но твоё подтверждение станет знаком. Осмелишься? — с вызовом воззрился Яромир.

Я тут же попятилась, но после решила, что стоит подразнить наглеца. Вздёрнула подбородок и широко улыбнулась.

— Конечно, Яромир. Как раз выберу себе молодца по вкусу. Здесь их вон сколько! — Взмахнула рукой.

Ожидала, что парень разозлится или же станет переубеждать, завлекать сладкой лестью. Но игра моя не удалась.

— Прыгни, Ягда. Прыгни… И сразу поймёшь, чьей станешь. Никто не посмеет и взглянуть в твою сторону, зная… — Слова водяного оборвались. Он поджал губы, не желая открывать всецело свои планы. Лишь взгляд его стал темнее.

Отвечать не пришлось, веселые выкрики девушек обоих нас отвлекли, народ стал собираться у широкого пруда. И без того знал Яромир, что не осмелюсь дать ему знак действовать, а потому, позвал за собой: