Книга Говорящие с..., страница 427 – Мария Барышева

Он замер, дернув кадыком, потом громко икнул и прижал ладонь к шее. Потерянно зашарил глазами по сторонам и снова икнул. Глубоко вздохнул, слегка позеленев, и опять икнул, дернувшись всем телом.

— Хм, я и не знал, что это проявится настолько банальным физиологическим образом, - Ейщаров усмехнулся. - Может, водички, Владимир Васильевич? Хотя, наверное, водичка тут не поможет.

— Вы меня отравили! - просипел Маленко, икая уже практически ежесекундно. Ейщаров покачал головой.

— Да нет, мы ж тебе ничего не давали. Может, ты сам что-нибудь взял?

Маленко, мотнув головой, повалился на колени, и на мгновение его лицо стало прозрачным, точно целлофан, под которым шевелилось, гримасничая, что-то иное, круглоглазое, с плоским носом и раззявленными острозубыми челюстями. Утробно икнув еще раз, он согнулся и изверг изо рта нечто газообразное, грязно-белое с коричневыми прожилками. Облачко несколько секунд висело в воздухе, цепляясь за верхушки обожженных июльским солнцем травинок, потом растаяло в воздухе.

— Фу! - Михаил выплюнул соломинку. - Вот знал бы, что будет так противно, ни в жисть бы с вами не поехал! Георгич, кто он такой? Вампир, что ли?

— Вероятно, что-то наподобие того, - Ейщаров пожал плечами, глядя, как Владимир поднимается, пьяно шатаясь и продолжая икать. - Главное то, что он местный. Я и не знал, что такие бывают. Он вчера в промежутке между своей проверкой девчонку на улице углядел - красивую, счастливую, везучую, ну и прицепился к ней, кушать начал все эти достоинства. А у девчонки талисманчик был тети Тонин, из агатика, а агат таких, как этот тип, особенно не выносит. Да и слежка за Володей вчера была плотная, и в числе прочих его Тонина племяшка выпасала. Вот талисман ей Володю и сдал - во всей красе. Он сегодня как проснулся, так и поскакал сразу за девочкой позавтракать - они ж если прицепятся, так не отстанут, пока человека в гроб не вгонят. Вот он и позавтракал. Только девчонке талисман уже заменили, и откушал сегодня Володя не ее собственную удачу, а эрзац - удачу, помещенную в камень, к тому же, опять в агат, который живую удачу собой прикрыл. Опасно, но действенно. Володе прием внутрь такой удачи из агата - все равно, что тебе рыба с молоком и солеными огурцами в большом количестве. Одновременно, разумеется.

— У меня желудок крепкий, - заметил Михаил, - но ты, Георгич, садист! И что - мы вот так вот его отпустим?

— Нам лишние военные действия ни к чему, - Олег Георгиевич взглянул на Маленко, и тот согласно закивал, поддергиваясь от икотки. - А он в составе комиссии, все-таки, не случайно оказался. Так что пусть катится!

— А эт-то... - Маленко обеими руками указал на свою шею, - над-ик-долго?

— Тебе хватит. Для ума. Уж такой, как ты, должен был сразу понять - что-то не так... так нет, нам кушать захотелось! Ладно, езжай, Володя, и хорошенько подумай, что и как рассказать своему руководству. Тебя ведь за то, что мы теперь про вас знаем, по головке не погладят.

— Да... - пробормотал Маленко, пятясь к машине и болезненно морщась. - Э-э, да... До свидания.

— Да боже тебя упаси! - с усмешкой ответил Олег Георгиевич. - И, кстати, Володя, тебе ведь понравилось в Шае?

— Конечно! - с жаром ответил Владимир, на некоторое время даже перестав икать. - Очень понравилось! Замечательно все, хорошо поработали, полное содействие... уй, елки! - он схватился за голову, крутанулся и юркнул в машину. Та резво взяла с места, пронзительно завизжав шинами, и помчалась прочь, уже через минуту превратившись в едва различимую точку на дороге. Михаил повернулся и задумчиво обозрел надпись на знаке неподалеку.