Книга Последствия больших разговоров, страница 105 – Мария Барышева

Слава, помянув божью матерь, забарахтался в углу. С балкона в комнату задом наперед вползла Шталь, развернулась и, вдохнув изрядную порцию витающих в гостиной ароматов, закашлялась и прохрипела:

— Славка, Славка! Лампа!

Слава обалдело уставился туда, куда тыкала дрожащая шталевская рука - светильник-булавка, затухающе раскачиваясь, оплывал, словно воск, стекая по стремительно раздувающейся до неимоверных размеров лампочке с растягивающейся холодной спиралью. Ахнув, Электрик дернулся в сторону балкона, стараясь не попасть в расползающуюся по полу дымящуюся грязно-серую массу, и в этот момент светильник взорвался фейерверком острейших осколков, издав очень мелодичный стеклянный звон, смешанный с едва слышным шипением рассекаемого воздуха. Один из осколков полоснул по спине бегущего на четвереньках Электрика, другой воткнулся Эше в тыльную сторону ладони, а третий с хирургической точностью срезал Коле часть правой брови вместе с кожей. Тот, заорав, прижал ладонь к лицу и выстрелил в светильник, от которого осталась только ножка с прикрепленным к ней проводом. Ножка кувыркнулась со столика, провод погрузился в то, что несколько секунд назад было люстрой, и мгновенно задымился.

Добравшись до балконной двери, Слава схватил Эшу за плечо, и они вцепились друг в друга, словно потерявшиеся дети, обшаривая комнату судорожными взглядами. "Нотариус" мерно моргал одним глазом, прикрывая второй окровавленной ладонью и продолжая целиться в журнальный столик. Комната медленно наполнялась дымом.

На третьей секунде Слава просипел:

— По-моему, больше ничего не будет.

Эша издала звук, отдаленно напоминавший смесь надежды и согласия. В гостиную ввалились хозяева и застыли с приоткрытыми ртами. Все вокруг было усеяно белыми шевелящимися хлопьями, прожженные во множестве мест шторы, мебель и паркет курились дымом. Обои выглядели так, будто по ним палили из дробовика. По полу лениво ползло грязно-белое, оправленное проворными огненными язычками, а над ним безмятежно парило чудом уцелевшее воробьиное перышко, внося в картину сюрреалистически мирный штрих. Последним, что углядели Рыжовы, был пистолет в руке "нотариуса", и они, пискнув, подняли руки так высоко, словно собирались подтянуться на невидимом турнике.

— Не-не, - сказал Коля, поспешно кладя оружие на сиденье кресла и делая свободной ладонью успокаивающие психотерапевтические жесты. - Не-не-не. Не.

Дина, не выдержав, испустила доисторический вопль, и это заставило "нотариуса" вспомнить о том, что он отвечает за юридическую сторону дела.

— Серьезная техническая неисправность, - промямлил он, доставая телефон. - Я...

— К черту неисправность! - прохрипела Шталь, не отпуская Электрика, который явно ничего не имел против. - Она нас ждала, понимаешь?! Нас! Когда он стоял под ней, - Шталь ткнула указательным пальцем в Колю, - ничего не произошло! А вот когда ты под ней оказался... Ей плевать на обычных людей. Она ждала кого-то из нас! Ждала, чтобы убить, ты понимаешь?! А та лампа... Она не реагировала, пока ты не оказался близко от нее. Ты ведь странно посмотрел на нее, Слава. Что ты почувствовал? Она тоже не считала себя лампой?

— Я думал, что ошибся! - заорал в ответ Слава. - Такого не бывает, мы не умеем такого делать! Она ведь подожгла хозяина! Подожгла ковер! Она...