Книга Последствия больших разговоров, страница 281 – Мария Барышева

— А вы не могли бы дать мне что-нибудь... ну, чтоб взбодриться?

— Взбодриться?! - пророкотал Александр Денисович. - После того количества обезболивающего, которое я вам закатал?! Сколько вам лет?! Взбодриться... да вам отлеживаться нужно не меньше недели! Вы выглядите так, словно упали в дробилку!

— Ну просто сказали бы "нет", - примирительно пробормотала Эша, глядя, как Слава застегивает на ней куртку, - зачем кричать?

— Эша, - вкрадчиво произнес врач, - вы можете кое-что для меня сделать?

— О, конечно.

— Уйдите.

Шталь сердито дернула губами, но Слава проворно потянул ее к двери, не давая развиться шталевскому красноречию и выговаривая тонким, рассыпающимся голосом:

— Спасибо, господин доктор, большое спасибо. Сколько мы вам должны?

— Уплочено! - буркнул Александр Денисович, пуская дым в безупречно-белый потолок. Эша открыла рот, но Слава уже вытащил ее за дверь и дверь аккуратненько закрыл, чуть не прищемив колбасный огрызок, который Шталь накрепко сжимала в здоровой руке. Ждавшие ее на коридорных стульях коллеги тотчас вскочили, и Сева, успевший прикорнуть на плече Нины Владимировны, чуть не кувыркнулся на пол. Эша, повернувшись, попыталась было лягнуть Электрика, но тот ловко уклонился.

— Веди себя прилично!

— Как ты? - спросил Сева, отчаянно пытаясь разлепить заспанные глаза.

— Руку не чувствую, а в целом неплохо, - Эша огляделась. - На каком этаже операционные?!

— Эша, - Нина Владимировна мягко положила ладонь на ее здоровое плечо.

— Где, я должна...

— Никто тебя туда не пустит, - Сашка скорчила печальную рожу. - Нужно ждать.

— Но я...

— Эша, - старшая Факельщица пригладила ее растрепанные влажные волосы, - мы будем здесь, и как только что-то станет известно, мы сразу же тебе сообщим. Я ведь прекрасно понимаю, что домой ты все равно не поедешь. Езжай, куда собиралась. Мы понимаем, насколько это важно, и, думаю, он бы тоже понял. Если чувствуешь, что ты в состоянии - поезжай.

— Что ты делаешь?! - возмутился Слава. - Я собирался уговорить ее поехать домой!

— Не говорите о нем в прошедшем времени! - в ужасе пискнула Шталь одновременно с Электриком. - Да, я поеду... а вы сразу же... Но телефон... мой телефон сгорел вместе с машиной, - всхлипнув, она привалилась к Славе, - моей машиной...

— Мне очень жаль "фабию", - с сонной грустью сказал Сева. - Она была очень хорошей машиной.

Остальные сочувственно склонили головы. Эша, вздохнув, утерла намокшие глаза.

— А как Костик, Игорь?

— Шофер все еще в отключке, - Электрик вытащил телефон, - и насчет него пока не делают никаких прогнозов. А Байер ничего так. Пришел в себя и уже даже пытался сбежать через окно. Его едва успели поймать, - Слава усмехнулся. - Он здесь всего несколько часов, а уже успел достать всю клинику!

— Игорь может, - Модистка скорчила горделивую рожу, засверкав глазами, и Эша вдруг подумала, что Сашка, несмотря на всю свою циничность и более чем богатый для столь нежного возраста жизненный опыт, похоже совершенно по-детски влюблена в вечно раздражающегося Байера. Это было мило, хоть сейчас и совершенно ни к месту, и Шталь твердо посмотрела на Славу.

— Мне нужно к Мишке.

— Не сомневаюсь! - буркнул Электрик, прижимая телефон к уху. - Отвезу тебя. Сейчас, я как раз выясняю, где они... Да, Мишка... Да это я. А чего у тебя там за крики? А, ну да, зная твои методы... - он отвернулся. Эша покосилась на коллег, которые теперь смотрели на нее иначе, чем до этой ночи, и в их глазах совершенно определенное выражение вины и смущения было слито с чем-то другим, неопределяющимся. То ли они пытались понять, почему на Шталь единственную из всех не подействовал "разговор по душам", то ли напротив прекрасно это понимали. Что ж, посвященные в специфику разговоров Ейщарова, они, скорее всего, понимали. Это был кошмар! Эша предпочла бы, чтоб никто никогда этого не понял. Как ей теперь находиться среди таких взглядов?