Книга Мясник, страница 211 – Мария Барышева

Все-таки, выбрав время, Вита позвонила своей бывшей учительнице по русскому языку и литературе и напросилась к ней на чай и на совет.

— Не знаю, смогу ли тебе чем-то помочь, — удивленно сказала та, — я и на пенсии, и подготовка у меня не та, а ты университет ведь совсем недавно окончила. Ты же знаешь…

— Я знаю, что заваривать чай так, как вы, Елена Иосифовна, никто в Волжанске не умеет, — медово запела Вита в трубку. — А еще я знаю, что каждый вторник к вам на этот чай заглядывает некая дама из института последипломного образования, которая консультирует даже…

— Негодяйка! — ласково сказала учительница. — Впрочем, по-моему, я сама об этом и рассказывала. Ладно, приходи завтра, только веди себя прилично, знаю я тебя! Дина Валерьевна — женщина строгих правил.

Дина Валерьевна оказалась женщиной не только строгих правил, но и строгого вида. Ей было около шестидесяти, и худощавая, аккуратно и опрятно одетая, с тщательно уложенными волосами, с жестким лицом и скептическим взглядом, она напомнила Вите одну профессоршу из родного университета, которая преподавала у них стилистику и культуру речи. О количестве «заваленных» ею студентов в университете ходили легенды. И отправляя очередную жертву на пересдачу, профессорша недовольно говорила: «Голубушка, не нужно жечь меня взглядом и считать мегерой. В филологии место только для тех, кто понимает вопрос, а не зазубривает его. Зубрилам в нашей науке делать нечего, в нашей науке нужно жить. Видите, я попросила вас уточнить всего лишь два момента, а вы уже плывете. Моя задача — научить вас, а не механически рисовать оценки. И тройку нужно заслужить, голубушка. До свидания». Сама Вита сдала тогда экзамен на четверку, чему до сих пор удивлялась. И сейчас при виде Дины Валерьевны у нее невольно екнуло сердце — нет, похожа была, очень похожа.

— Что это? — удивленно спросила она, прочитав письмо, которая Вита отдала ей после предварительных расшаркиваний. — Какой-то бред. Что вы от меня хотите?

— Я хочу узнать, есть ли здесь какая-то система и есть ли смысл? И если он есть, то как мне его найти?

— Довольно странно, — Дина Валерьевна фыркнула и снова начала вчитываться в ровные строчки. — Конечно, на первый взгляд просто набор слов — даже не словосочетаний, потому что синтаксическая связь есть далеко не везде. Вы пытались что-нибудь выделить здесь?

— Похоже на очень большое и очень сложное предложение, если не привязываться к смыслу, — осторожно сказала Вита, и на нее посмотрели с таким откровенным негодованием, что она даже смутилась.

— Вы ведь, кажется, филолог? — спросила ее Дина Валерьевна ледяным тоном, положила письмо и взяла свою чашку, и Елена Иосифовна пододвинула ей новую розетку с клубничным вареньем. Вита сокрушенно кивнула, словно ее обвинили в чем-то предосудительном.

— Да, в моем дипломе написано именно это слово. Но я заочница, помимо того, непосредственно по специальности никогда не работала, знания приобретенные в университете, неосмотрительно не развивала, поэтому к настоящему моменту они… — Вита издала губами поцелуйный звук, выловила ложкой в розетке ягодку и отправила ее в рот. — Поэтому, я решила посоветоваться со специалистом и узнать для начала — является ли то, что я вам показала, предложением?