Книга Антрацит, страница 37 – Кира Уайт

— Но… – начинает протестовать подросток.

— Никаких но! – отрезает Холден. – Мы приехали просто попроситься на ночлег.

Тайлер недовольно поджимает губы, но не спорит. Хоть на этом спасибо.

Практически одновременно выбираемся наружу и без лишней спешки направляемся ко входу в здание, только Тайлер плетется чуть позади. Солнце как раз скрывается за горизонтом, в тени здания гораздо темнее, чем на открытом пространстве. Нависающие над нами ветряки и их лениво вращающиеся лопасти выглядят зловеще, отчего по спине непроизвольно пробегает холодок. Ощущение усиливается, когда я перевожу внимание на чернеющий дверной проем.

Сбавляю шаг. Заходить внутрь уже нет никакого желания, но я не могу объяснить этому причину даже себе.

— Холден? – окликаю я, когда он равняется с краем приоткрытой двери.

Он оборачивается и приподнимает брови, хотя в стремительно опускающейся темноте мимика едва угадывается.

— Что?

— Может, не стоит… – замолкаю, получив ощутимый толчок в плечо от проходящей мимо Кейт.

Внутри вновь вспыхивает ярость. Нужно было позволить слетевшей с катушек мисс Пенли сожрать эту суку.

Открываю рот, чтобы высказать все, что о ней думаю, как в ангаре внезапно вспыхивает свет. Щурюсь от яркости, с трудом фокусируясь на показавшихся в проеме двоих мужчинах. Кейт по обыкновению взвизгивает, но я не чувствую ничего, кроме раздражения.

Ну правда, сколько можно орать?

А миг спустя понимаю причину столь бурной реакции. На нас направлено оружие.

Холден начинает разворачиваться, но еще в момент движения получает рукояткой пистолета по виску и падает без сознания там, где стоял.

Кейт снова верещит, за что получает звонкую пощечину с коротким и хлестким «Заткнись» от незнакомца. Она хватается за лицо и сгибается пополам.

— Вы кто такие? – гремит требовательный грозный голос того, кто вырубил Холдена.

— Ах ты урод! – восклицает Тайлер.

К моему ужасу он бросается на обидчика и со всей силы бьет по запястью руки с пистолетом битой. У меня есть секунда на размышления. И мысли о том, что Тайлер ослушался дядю и не оставил ее в машине, в приоритет не входят.

Пока уронивший оружие мужчина вопит что-то о сломанной кости, бросаюсь вперед и подхватываю пистолет с земли. Не думая, что делаю, наставляю ствол на ошарашенного второго.

— Бросай! – воплю так громко, что даже в ушах звенит.

Он открывает рот, но ответить не успевает. Тайлер бросается к нему и изо всех сил бьет концом биты в живот. Мужчина сгибается пополам, тоже теряя оружие. Воздух со свистом покидает его легкие, с головы сваливается бейсболка, обнажая бритую голову.

Кошусь на Холдена, он столь неподвижен, что становится страшно. Но думать об этом пока некогда.

Что делать дальше?

Тайлер наносит еще один удар по спине противника. Он тяжело опускается на колени, в моих при этом возникает фантомная боль. Тот, что со сломанной рукой, орет благим матом:

— Ах ты, паршивец! Я убью тебя!

Меня окутывает странная безмятежность, в реальность происходящего верится с трудом. Я словно нахожусь во сне.

Лысый тянется за своим потерянным оружием.

Не успеваю обдумать дальнейшие действия, стреляю в воздух. Когда эхо выстрела рассеивается, наконец наступает тишина. Боком отхожу ко второму пистолету и носком кроссовка отталкиваю его подальше от так и стоящего на коленях мужчины.