Книга Проклятие Синей Розы, страница 162 – Мария Ерова

— Спасибо, Марго. – произнесла Лаура, с благодарностью глядя на дочь Изабэль – её сестра-близнец стояла рядом, но в этом точно помочь не могла.

Девочка кивнула, принимая благодарность, и последнее вместилище прекрасной Розы так же мягко опустилось на землю, к ногам Лауры и месье Бертрана.

Гаспара трясло. Одно дело пообещать извлечь из могилы живой артефакт, другое – вновь заглянуть в лицо той, что была дороже всех на свете, хоть и давно умерла, бесследно такие чувства не проходят. Хоть и было уже доподлинно известно, что душа Розабэль живёт в теле той, что сейчас стоит рядом…

Лаура, поняв это, ободряюще коснулась его плеча.

— Ты готов?

Гаспар, подождав, кивнул. И они вместе уцепились за край  крышки гроба.

А время оказалось тут не властно.

Юная девушка в богатом убранстве лежала на белой импровизированной постели, как будто спала, и только смертельная бледность её кожи говорила о том, что она давно мертва. Чудесные белые локоны рассыпались по подушке, ниспадая на грудь, а страшная рана на шее была закрыта лёгким шарфом из воздушной ткани, но спокойствие девушки казалось таким напускным, неправдоподобным, что хотелось её ущипнуть – а вдруг притворяется, и сейчас напугает их, резко вскочив из гроба?

А в руках у неё, как и говорил француз, цвёл и пылал жизнью самый настоящий живой цветок…

— Ma rose… - прошептал Гаспар, облокотившись на краешек деревянной стенки. Он уже не мог сдержать слёз, его руки потянулись к милому лицу, навеки застывшему маской смерти. – Прости меня, любимая, за всё прости…

Лаура беззвучно ревела рядом, она не могла сейчас воспринять девушку как своё прошлое воплощение, хоть и вспомнила всё благодаря Кэтрин. Но нежность Гаспара, сейчас направленная на эту невинную жертву обстоятельств, сделала своё дело.

Очень аккуратно Гаспар изъял синюю розу из рук своей сводной сестры и какое-то время в задумчивости смотрел на цветок, словно прощаясь. Роза и впрямь была живой, нежные лепестки благоухали тонким ароматом, и чуда чудеснее, кажется, Лаура в своей жизни не видела.

— Пора с этим заканчивать. – твёрдо заявил месье Бертран.

И протянул розу Лауре.

— Бери, моя дорогая, теперь она твоя.

Тонкие пальцы коснулись хрупкого стебля, но месье Бертран не спешил размыкать свои.

— Я прошу лишь об одном, Лаура. – тихо произнёс он. – Похорони меня здесь же, вместе с Розабэль. Это моя последняя и единственная просьба…

Девушка, взглянув в его пронизанные осязаемой болью глаза, коротко кивнула.

И в тот же момент Гаспар разжал руку.

Некоторое время ничего не происходило, но вскоре, он почувствовал, что силы оставляют его. Свет вспыхнул перед глазами острой болью, но вскоре это прекратилось, и он распахнул глаза, воочию узрев Изабэль, что терпеливо дожидалась его. Её робкая улыбка и лицо, так похожее на лицо Розабэль, уже лишённое шрама, плеснули тепла в его давным-давно замёрзшее сердце. А девочки – Мари и Марго, с радостными возгласами бросили к нему с криками «папа», и он машинально обнял их, прижав к себе, шепча какую-то ерунду от нахлынувших чувств, а после обернулся к Лауре.

Она стояла рядом с его телом, лежавшем на земле у гроба Розабэль, и сжимая одной рукой переданный её артефакт, другой касалась его руки. Но это уже была лишь пустая оболочка, лишённая души. И вскоре девушка обратила свой взор на только что воссоединённую призрачную семью. Они держались за руки, и это уже было добрым знаком.