Книга Проклятие Синей Розы, страница 39 – Мария Ерова

Парень нервно зашагал по комнате, не внемля разумным доводам девушки.

— Да ты себя в зеркале видела?! - заорал он. - Да ни за что на свете я не признаю тебя своей женой! Никогда!

Марисоль обиженно поджала губы.

— Видела. – знахарка вскинула острый подбородок кверху.- Но без меня твоей ненаглядной ни за что не выбраться из той ловушки, что я уготовила для…

Она запнулась, понимая, что сгоряча сболтнула лишнего.

— Ловушки? – глаза Хейдена полезли на лоб. - Так ты всё знала…

Он схватил девушку за плечо. Холодно, холодно…

Та с силой вырвала руку, отступив на несколько шагов.

— Пусти! Не то пожалеешь…

Но сейчас, когда дело касалось его любимой Лауры, парень остыл мгновенно. И хоть в глазах его ещё пылал адский огонь, мозг заработал правильно, без лишних эмоций. Он должен был вытащить свою сводную сестру из этого адского места. И он её вытащит.

— Отведи меня туда. – потребовал Хейден, больше не предпринимая попыток дотронуться до дурнушки Марисоль.

— Зачем? Туда не попасть, это бесполезно! Возможно, её и в живых уже нет, твоей сестры…

— Отведи. Меня. Туда. – справляясь с пытающимися взорвать мозг эмоциями, процедил Хейден сквозь зубы. – Я должен спасти Лауру. И, клянусь, если ты мне поможешь, я останусь здесь, с тобой на веки вечные, и никто не разлучит нас. Но я должен ей помочь. Я должен, понимаешь? …

Марисоль, с затаённым вниманием выслушав его, коротко кивнула.

— С рассветом. – бросила она, поворачиваясь к нему спиной.

Разговор был завершён.

Глава двадцать третья. Дежавю.

Она была здесь раньше  – Лауре так казалось, и никто не смог бы переубедить её в этом. Всё вокруг – родное и одновременно чужое, но как объяснить?! Это можно было лишь ощущать, и девушка молча разглядывала скромное убранство комнаты, обставленной просто и со вкусом.

Вот старый трельяж, с чуть помутневшими от времени зеркалами, с круглыми лакированными ручками в узких маленьких ящичках бледно-голубого цвета. Помнила ли она его?

Конечно, нет. Но чувствовала, что уже видела, прикасалась.

Невысокая кровать под воздушным балдахином, и опять: Лаура знала, что присядь на неё она сейчас, та негромко скрипнет, но  не с обычной протяжностью, по-другому, словно пружинка в музыкальной шкатулке.

Кстати, о шкатулке. Она ведь тоже видела её, где-то здесь, в комнате. Пробежав взглядом, девушка нашла её на окне, коробочка из дерева, с искусной резьбой неизвестного мастера. Конечно же, уже сломанная…

Но всё равно слова месье Бертрана прозвучали как-то дико, неуютно, словно всё это время вкрадчивое безумие, что лишь изредка выглядывало из красивых синих глаз француза, вдруг всё и разом вылилось на девушку в одной этой совершенно абсурдной фразе.

Должно быть, её мысли были настолько очевидны, что тот тут же понял свою оплошность, и отвёл глаза в сторону, словно сожалея о сказанном.

— Но это… нелепо! – только и смогла выдавить из себя девушка, наблюдая за душевными страданиями симпатичного ей француза. - Так не бывает.

Тот не бросался в жаркий спор и выяснение обстоятельств. Должно быть, он и сам понимал, насколько сказочно звучали его слова, а надежда, прозвучавшая в них, была почти осязаемой.

Но всё же возразить, пусть и мягко, он сумел.

— Вы поймёте это, проведя здесь какое-то время. Я в этом уверен. И не думайте, я всё ещё дружу с головой, хоть и провёл здесь, в одиночестве, бессчётное количество времени. И поэтому я не буду сейчас ничего утверждать и доказывать Вам, дорогая Лаура. Я просто хочу, чтобы уже всё встало на свои места…