Книга Драконы средней полосы, страница 40 – Маша Старолесская

— А разве осталось что-то?

— Вон, наверху.

Жанна подняла голову и увидела, что всё пространство между высокими окнами барабана заполнено фигурами святых, а выше, ещё выше, прекрасно сохранилась роспись купола. Краски поблекли, в нескольких местах облетела штукатурка, но уцелевшие изображения показались Жанне маленьким чудом, сохранившимися посреди запустения и разрухи.

— Воот, тут ты меня понимаешь! Если долго сюда добираться – сначала до деревни на электричке и пешком, потом сюда на велике с пацанами, потом… тогда двери были железные, запертое всегда… мы через дырку в одном окне лазали… Это было что-то небывалое, из другой жизни.

— Такое небывалое, что оно важно для тебя и теперь, когда ты стал драконом?

— А теперь ещё важнее. Чем старше становишься, тем меньше остаётся человеческого в тебе. То есть, выглядишь ты большую часть дня как человек, работаешь даже, общаешься с людьми, а внутри меняешься, меняешься… Уходишь от человеческого мира всё дальше, замыкаешься среди своих…

— Так ты вроде не такой уж и старый дракон! Сам сегодня обмолвился.

— Ну да, не очень старый. Но кое-что про себя понять успел.

Жанна подумала, что сейчас Леший должен снова замереть и подвиснуть, как бывало в прошлые разы, но он наоборот, только оживился.

— На колокольню пойдём? Оттуда вид такой!

* * *

Лестница не внушала Жанне никакого доверия. Перекошенная, сколоченная будто наспех из грубых досок, в довершение ко всему она была ещё и подпалена снизу. Лешего, однако, это ни капли не смущало: он быстро поднялся по ней до крохотной площадки, где лестница делала поворот, и оттуда уже спросил:

— Всё хорошо?

Жанна угукнула.

— Ты не бойся, она крепкая. Всё выдержит.

Она продвинулась на пару ступеней – медленно и аккуратно, прислушиваясь к своим ощущениям – в широких и длинных кроссовках и по ровной поверхности ходить было неудобно, а уж взбираться по лестнице – тем более. Ничего страшного не произошло: ноги не соскользнули, доски не треснули, и Жанна пошла быстрее, одной рукой держась за стену.

— Голову береги, тут потолок низкий! – Она услышала голос Лешего за мгновение до того, как влетела лбом в балку. От боли Жанна зажмурилась и застыла на месте.

— Поздно. Я уже…

— Я затупил, прости. Ты как?

— Почти прошло. – Низко наклонившись, Жанна прошла под балкой и подняв голову, спросила у ботинок Лешего: – Там ещё много?

— Ещё столько же, – ответили ботинки и быстро исчезли где-то под потолком.

На площадке Жанна перевела дух, размышляя, что надо будет сделать с Лешим, если вид с колокольни ей не понравится.

Со вторым пролётом она справилась лучше, хотя почти у цели нога всё-таки соскользнула со ступеньки, но Жанне удалось удержать равновесие, а тут подоспел и Леший и практически за руки втащил её наверх, на звонницу.

— Ну, как тебе? – спросил он, едва Жанна успела прийти в себя и оглядеться.

Она задумалась. Сказать, что вид расстилающихся под ногами заброшенных полей её не впечатляет, Жанне не позволяло воспитание, тем более, что она уже видела это всё другими глазами с высоты драконьего полёта. Но и ахать от восторга она была не готова: врать себе и другим ей больше не хотелось.

— Здесь… симпатично.

Леший кивнул. Кажется, он всё понял, оценил её попытку быть дипломатичной, но всё равно немного расстроился.