Книга Драконы средней полосы, страница 55 – Маша Старолесская

Помогать с ремонтом в её квартире Виталик не хотел. Он так и говорил, мол, была бы она моя, уж тогда бы… Но квартира, где они жили последние полгода, была благоразумно записана на маму Жанны.

Впрочем, тут Виталика можно было понять. По крайней мере, так до недавнего времени думала и Жанна, поскольку сама она тоже не чувствовала себя хозяйкой. После смерти бабушки родители долго спорили, что делать с доставшимся наследством. Отец предлагал приберечь её для сына, для Серёжки, чтобы он въехал туда прямо на восемнадцатилетие. Доверять квартиру Жанне он не хотел, мотивируя своё решение какой-то замысловатой цитатой из русской народной сказки, из которой было ясно только, что дочки улетают из дома на жареных куриных крыльях, а молодому мужчине нужен свой дом. Мать взяла сторону дочери, намекая, что негоже жить в одной комнате взрослой девке с подростком-братом.

Правдами и неправдами мать отстояла свой выбор, и Жанна с Виталиком, намыкавшиеся по съёмным углам, переехали в небольшую уютную однушку, не видевшую ремонта лет двадцать, не меньше. Жанне хотелось побыстрее привести всё в порядок, заказать новенькую кухню и вместительный платяной шкаф вместо тяжеловесной советской мебели, переклеить обои, побелить потолки и положить на пол модный ламинат, но заниматься ремонтом в одиночку было страшно. Она не представляла, где искать мастеров, как выбирать материалы – в их семье это было мужской обязанностью. Она рассчитывала на помощь Виталика, но тот отстранялся от решения этих вопросов.

И вот теперь она была свободна и полна решимости кардинально поменять свою жизнь.

Час или больше Жанна провела в интернете в поисках мастеров и стройматериалов, запуталась, страшно устала, сделала заметку поговорить об этом с отцом и хотела уже залезть в соцсети, но вспомнила, как вчера Виталик копался на её страничке, и брезгливо закрыла браузер. Сейчас она не была готова увидеть, что он там наделал. Чтобы не сидеть за компьютером без дела, она решила позвонить своей парикмахерше, узнать, не найдётся ли сегодня местечка. В конце концов, теперь ей не зачем отращивать волосы, можно бы и вернуться к любимой стрижке. Жанна потянулась туда, где всегда лежал мобильный, когда она сидела в Интернете. Телефона на привычном месте не было. Только сейчас она поняла, что не видела его примерно… Примерно с вечера пятницы.

* * *

Кару всю ночь провела без сна, ворочалась, переворачивала подушку прохладной стороной наверх, а когда задремала под утро, из своей комнаты что-то попросила Танори.

Потом надо было готовить завтрак. Она делала это, не приходя в сознание, и опомнилась только когда разбила яйцо на стол, а на сковороду бросила пустые скорлупки.

Танори утром была ворчлива не больше обычного: заметила, что в кофе слишком много мускатного ореха и не чувствуется корица (в этот момент Кару захотелось кинуть в старую дракониху половником), а у яичницы какой-то странный привкус, впрочем, приятный.

После завтрака надо было заняться аптекарским огородом: рыхлить, рассаживать, поливать… Кару и тут работала как автомат, не слишком задумываясь, не перепутала ли она базилик с лебедой.

К полудню, когда стало припекать совсем по-летнему, она уже едва держалась на ногах. Воткнув тяпку в стену сарая, Кару вымыла руки в облупившемся эмалированном тазу и отправилась разогревать обед, радуясь про себя, что щей и картошки с мясом она приготовила на несколько дней вперёд.