Книга Драконы средней полосы, страница 58 – Маша Старолесская

Жанна чувствовала, что что-то в ней постепенно и неуклонно развивается, растёт. Её переполняла сила и уверенность. Хотелось менять жизнь и мир вокруг, и стрижка была тут только первым этапом.

Она ещё немного полюбовалась собой. Невысокая, ладненькая, в любимых синих джинсах и белой футболке (их Виталик тоже терпеть не мог, считал, что они недостаточно женственные). В треугольном вырезе футболки – подвеска-сердечко, та самая, о которой Жанна мечтала столько месяцев.

Жанну немного мучала совесть из-за того, что деньги, отложенные с зарплаты на непредвиденные расходы, можно было бы потратить на что-нибудь полезное – на обои в комнату или новый телефон, но сейчас ей нужна была какая-нибудь приятная мелочь, которая бы и через несколько лет напоминала о том, что теперь начался новый, счастливый этап в её жизни.

И уже этим вечером она собиралась воспользоваться всеми радостями драконьего существования. Жанна предвкушала радость полёта – пусть не прямо сейчас, а через пару часов, когда совсем стемнеет.

А пока надо было закончить с одним не очень приятным делом.

Включая компьютер, Жанна успокаивала себя, как могла. Ей было страшно, как перед прыжком в холодную воду в неизвестном месте. Заходить в социальные сети было неприятно, хотя она уже проделала это, когда искала в переписках номер парикмахерши (Ануш, хозяйка салона «Фантазия», не признавала Интернет и заводить сайт отказывалась на отрез). Жанне казалось, что по её душе, по её жизни напоследок прошлись грязными кирзовыми сапогами. Виталик потёр все свои сообщения, удалил со странички совместные фото и всё, что касалось их поездки в Египет, кажется, даже отфрендил кого-то из общих знакомых, но в целом натворил не так много бед, как мог бы. Но главное, он не кинул самого себя в чёрный список.

И теперь, борясь с отвращением, Жанна искала его страничку среди десятков однофамильцев, и найдя, отправила в личные сообщения всего два слова: ВЕРНИ ТЕЛЕФОН.

Она не очень хорошо представляла себе, что будет делать, если её сразу не заблокируют и предложат встретиться. Наверно, можно будет послать туда Серёжку… Или попросить Лешего?

* * *

Сегодня в «Наруате» Кару чувствовала себя не в своей тарелке. Раньше она ждала, когда Ахорет объявит об очередных радениях: ей нравилось чувство единения, которое возникало, когда все они, и Проявленные драконихи, и Непроявленные, молились вместе. У них была общая радость и общая тайна, спрятанная у всех на виду.

Пока их молитвы и гимны оставались только громкими и поэтичными словами, некими абстрактными формулами, лишёнными реального содержания, её всё устраивало. Но вот они начали обретать плоть и наполняться живой кровью – кровью, которая должна была пролиться в самое ближайшее время, и Кару захотелось порвать с ними, сбежать из этого тесного круга куда-нибудь. Но было уже поздно.

Когда она вешала свои яркие хипарские вещи в шкафчик в особой зоне «Наруата» и облачалась в чёрное, Кару всё время казалось, что Непроявленные как-то особенно внимательно разглядывают её, как будто оценивают, станет она ещё одной жертвой Чёрной или нет. Ждут, что и её перстень освободится?

Кару уже хотела пойти к стойке регистрации, где Ахорет, лучезарно улыбаясь, отделяла агнцев от козлищ, обычных посетительниц фитнес-центра от наруаниток, как вдруг кто-то легко похлопал её по плечу. Кару дёрнулась и резко обернулась. Перед ней стояла невысокая пухленькая девушка с длинными рыжими волосами. Рита, учившаяся в швейном училище. Непроявленная. Она так спешила поговорить с Кару, что не успела даже переодеться и щеголяла в чёрной футболке и высоких трусах в красное сердечко.