Книга Странные люди, страница 23 – Маша Старолесская

Женщина с сомнением посмотрела на Ирку и на пса.

Сейчас она закроет дверь, и можно будет с чистой совестью ехать домой. Да, опять через полгорода, опять на электричке, зато без страха облажаться.

— Ладно, заходите. Только лапы вашему детектору помойте. Полотенце я дам.

* * *

Обстановка в доме тоже удивила Ирку. Ей казалось, что, раз в дом пришла беда, то и выглядеть он должен как-то соответственно: ну там паутина по углам, обои обшарпанные, протёршийся линолеум на полу. Или вовсе никакого линолеума. А тут свежий ремонт. Светлые виниловые обои под рогожку в коридоре, новенький ламинат без единой царапины. На белой тумбе в коридоре — диффузор с ароматными палочками. Дориан ткнулся в него носом и тут же расчихался.

В ванной всё сияло чистотой. Было даже неудобно мыть там грязные собачьи лапы. Ирка смотрела по сторонам, прикидывая, во что встало хозяйке найти мастера, чтобы он так идеально уложил плитку кабанчиком.

Вытирая Дориана, она подумала: «Надо, пожалуй, цену побольше назвать. Сказать, что дело сложное».

Хозяйка терпеливо ждала их в коридоре.

— Вы как, сначала со мной поговорите, или сразу к Славику?

— Давайте сразу к Славику.

Женщина прошла по коридору к дальней комнате и постучала по старой, ещё советской двери, торчавшей среди скандинавского благолепия как больной зуб. Из комнаты доносились мелодичные гитарные переборы. И больше ничего. Женщина снова постучала и громко добавила:

— Сына, к тебе пришли.

Гитара смолкла. Из-за двери послышалось мягкое: «Заходите».

Она толкнула дверь, напоследок сказала:

— Вы уж извините. Там такой… сынарник. Перед людьми стыдно.

Ирка кивнула, пробормотала:

— Так даже лучше. — И вошла.

* * *

Славик встретил её, вальяжно развалившись в офисном кресле. В руках гитара, за спиной, на двух мониторах компьютера, какая-то музыкальная программа. Это Ирка поняла по характерным линиям звуковых дорожек.

Годы (и лечение в психушке, ехидно отметила Ирка) явно пошли ему на пользу. Тощий задрот из старого видео раздался в плечах, окреп и как будто даже похорошел. Разве что продолжал одеваться в чёрные растянутые футболки и не остриг этот свой дурацкий хвостик. Длинных волос у парней Ирка не любила.

— Вас, значит, мама пригласила? — с усмешкой спросил Славик. Ирка так и не решила, относится это «вас» к ней одной или и к Дориану тоже. Решила на всякий случай подстраховаться, кивнула, представилась, сказала:

— Можно на ты. — И протянула Славику руку для рукопожатия. Тот удивлённо вскинул брови, изобразил некий галантный жест, склонился, насколько мог, и поцеловал кончики Иркиных пальцев. По Иркиному телу пробежала лёгкая приятная дрожь. Руку ей последний раз целовали примерно… Примерно никогда.

— Извини, девушкам руки не пожимаю.

Повисла неловкая пауза.

Дориан, будто что-то почувствовал (а может, всё сам понял), подошёл к парню и доверчиво положил голову ему на колени, глядя прямо в глаза.

— Это у тебя кто? Ирландец? Вроде морда похожая.

Ирка с трудом удержалась, чтобы ответить: «Двортерьер».

— Адская гончая, кто же ещё?

Дориан недовольно заворчал. Ирка поняла, что ляпнула какую-то глупость, поспешила оправдаться.

— Это я так шучу.

— Да я понял, — отозвался Славик. — Слушай, я туплю. Даже не предложил тебе сесть. — Он махнул рукой на кровать, застеленную старым гобеленовым покрывалом. Когда Ирка присела на краешек, пружину грустно скрипнули под её весом. Славик отвёл взгляд.