Книга Хроники заблудившегося трамвая, страница 58 – Маша Старолесская

— Не переживай. Это Вик. У него чувство юмора такое.

Ри молча кивнула.

— Я за, — Сен встал со своего места. — Кто ещё за то, чтобы выкинуть в туман эту сволочь? — Он ткнул пальцем в гитариста, похожего на совёнка, но тот только помотал головой. — Ди, что скажешь?

Скрипачка хищно облизнула губы:

— Скажу, что он мой! И я придумаю, как его хорошенько наказать…

Сен не унимался:

— Так, двое за, двое против… Кэп, что думаешь?

— Думаю, что шутка зашла слишком далеко, — мрачно ответил Дан. — Наш главный враг — не здесь, а снаружи.

* * *

После недолгого обсуждения Дима скрутили, связали ему руки шарфом, который подарила Нюсик, и посадили под надзор Ри. Дан, размахивая руками, показывал, как лучше встать в дверях трамвая и что делать, если начнёт сильно трясти. Слушали его не то, чтобы особо внимательно, по крайней мере, так показалось Ри. Вик мазал кровью рунный став на грифе своего баса, Сен проверял флейту, Ди заговаривала струны, а гитарист-совёнок не делал ничего, только с ошалелым видом смотрел в окна на кипящие клубы тумана.

«Ну вот, все при деле, одна я тут не нужна», — подумала Ри. Дим сидел рядом, смотрел в одну точку, и попыток к побегу не предпринимал.

Дан поудобнее устроился на полу, свесив ноги на подножку, показал Ри палец вверх и принялся в последний раз подкручивать колки. Закончив с приготовлениями, один за его спиной один за другим выстраивались ребята — ровно в том порядке, как было сказано.

— Чего это они? — бесцветным голосом спросил Дим.

Ри на секунду задумалась, стоит ли отвечать и говорить ли правду.

— Сейчас увидишь.

Он кивнул, потёр и размял ладони, насколько это позволяли путы.

Заговорил Дан. Ри разобрала только слово «погнали», и заиграло вступление к песне, сначала вкрадчивое и тихое, но постепенно набирающее силу. Фигуры музыкантов подёрнулись разноцветным сиянием, и в ответ на него трамвай затрясся и задребезжал сильнее обычного. Ри показалось, что он сейчас развалится на части. Дим совсем побелел и, казалось, едва держался на грани обморока.

Они летели сквозь туман рывками, то сильно разгоняясь, то резко замедляя ход. Белая мгла за окнами корчилась, как живое существо, и только что не кричало от боли. Она ещё пыталась поглотить трамвай вместе со всеми пассажирами, ещё накатывала мощными волнами, но, отступая, оставляла за собой промоины синего неба и полоски земли, поросшей зелёной травой.

* * *

— Вы там что, долбанулись все? — простонал Дим, когда трамвай особенно сильно затрясло и начало шатать из стороны в сторону.

Ри не ответила. Ей и самой было не по себе, мутило от качки и всё время казалось, что Дан вылетит с подножки как тогда, в самый первый раз.

А песня шла своим чередом, куплет сменялся припевом, ребята играли, вспыхивая ярче на сильных долях и затихая на слабых. За их спинами не было видно Дана, но его голос, ясный и громкий, словно усиленный микрофоном, ровными волнами расходился во все стороны.

«А ведь они и не репетировали почти! Неужели он и тут что-то подшаманивает? — вдруг подумала Ри. — Да точно… И с ребятами… И со мной».

Даже погрузившись в размышления, она не переставала краем глаза следить за Димом. Тот сидел, напряжённо сцепив руки, с видом человека, которого вот-вот вывернет наизнанку. Ри полезла в карман в поисках пакетика, чтобы вручить страдальцу, но ничего подходящего не нашлось.