Книга Найденные судьбы, страница 2 – Елена Зауэр

(Фельдшер, симпатичный молодой мужчина, заметил, что я на грани срыва и попытался меня отвлечь таким стандартным способом: переключить внимание на что-то другое.)

— Что? — не поняла я, я настолько погрузилась в свои грустные мысли, что даже не сразу поняла, что к мне обращаются. Фельдшеру пришлось повторить свой вопрос ещё раз.

— Фильмы, говорю, Вы какие любите?

— Фильмы? — переспросила я, сейчас мне казалось, что я уже никакие фильмы не люблю. Какие могут быть фильмы, когда твоя жизнь рухнула в унитаз, а любимый муж на кнопочку слива нажал и глазом не моргнул.

Я посмотрела на молодого человека откровенно непонимающим взглядом.

— Какие фильмы?

Фельдшер смутился.

— Девушка, это он Вас после роддома в кино пригласить хочет, — раздался из кабины веселый голос водителя. — Вот и выясняет Ваши предпочтения. А то купит билеты на мелодраму, а Вы, может, боевики кровожадные любите или ужасы какие.

Машина остановилась на светофоре, и улыбающееся лицо водителя показалось в окошечке.

— Так какие фильмы Вы любите?

Я задумалась. За время своей не очень долгой супружеской жизни я и забыла, какие фильмы любила. Обычно Влад за нас двоих решал, что мы будем смотреть по телевизору вечером. Но у меня не всегда получалось посидеть спокойно перед голубым экранчиком. То Владу хотелось перекусить, то рубашка на завтра была не выглажена, то бельё надо было постирать. Да мало ли дел у хозяйки по дому.

Так и получалось, что Влад после работы садился на диван, а я кружилась по квартире, как заведённая. А в детстве меня к телевизору почти не подпускали, да и в подростковом возрасте тоже. Мать сама смотрела какие-то передачи и сериалы, а мне говорила:

— Нечего зрение портить, иди лучше полы помой или цветы полей, или белье погладь.

В общаге, когда я поступила в Университет, у нас в комнате телевизора не было, мы с подружкой изредка ходили к соседкам на посиделки. У тех был телевизор, но там мне тоже приходилось смотреть то, что смотрели соседки.

— Фильмы! А какие я люблю смотреть фильмы? — спросила я и вдруг заплакала.

— Ну, вот, — снова пробасил водитель, — чего ты, Санька, девушку до слез довел фильмами своими? Сейчас она мне всю машину слезами затопит.

Теперь мне стало смешно, и я рассмеялась. А доктор, сидевшая в кабине на переднем сидении, что-то прошептала Саньке, тот порылся в сумочке, достал какой-то шприц и ввел в систему.

«А больше всего мне нравятся исторические фильмы, про князей всяких и царей. Вот хорошо бы было пожить в то время, там, наверное, лучше, чем у нас», — подумала я и заснула.

Проснулась я от окрика:

— Вставай, поганка эдакая! Солнце уже взошло, а печь ещё не топлена. Ты когда хлебы выпекать собралась?

Над мной стояла какая-то тётка в белой рубахе и длинной юбке в пол, голова её была подвязана платком, а на животе красовалось некое подобие передника.

Я сначала подумала, что вижу сон, и украдкой ущипнула себя. Видение не пропало.

Тогда я огляделась и пришла в ужас от увиденного: я лежала в каком-то чулане прямо на полу на сене, была одета также в рубаху и длинную юбку, а на ногах у меня были самые настоящие лапти. Но самое главное, мой живот был абсолютно плоским.

— А где мой ребёнок, — спросила я удивлённо, — я что, уже родила?

— Когда родила, — не поняла незнакомая тётка, — ты что вчера наливку из кладовки умыкнула? Ах, ты гадина такая! Свалилась на мою голову, такая же пьянь, как и твой папаша. Вставай, говорю, ишь, разлеглась, как барыня!