Книга Найденные судьбы, страница 36 – Елена Зауэр

Мы вышли на мель. И я уже открыла рот, чтобы задать свой вопрос, как Меланья сняла с себя рубаху, и, щедро захватив речного песка со дна, начала его по себе этой самой рубахой размазывать, и волосы тоже. Ничего себе, вот это моющее средство.

— Поторопись, Марьяна, — обратилась она ко мне, смывая с себя песок, — солнце уже высоко. Маманя теперь заругается на нас.

Делать нечего, пришлось мне тоже измазаться в иле. С трудом прополоскав волосы, отметила, что они стали чище. Да и тело наполнилось какой-то лёгкостью. Только мне-то хотелось в родную ванну с пенкой и тёплой водичкой. И кофе с шоколадкой. Хотя сейчас я наверняка валялась бы в роддоме, а там кофе пить не разрешают. Говорят, для ребёночка это вредно. Я улыбнулась и привычным жестом погладила живот, только был он сейчас плоский, почти к спине прилипший, как любила говорить моя бабушка. Где-то там в другом времени затерялась моя доченька. А ведь, если бы не вызвала тогда скорую, была бы сейчас дома, пыталась бы достучаться до мужа. Ведь нечестно, что он в нашу квартиру любовницу приведёт и вещички нашего ребёнка тому другому ребёнку достанутся. В конце концов, я ещё его жена и тоже имею право на нашу квартиру. Хоть и оформлена она на него, а деньги то на её покупку были мои. И если разводиться, то делать всё надо по-честному, а не так. Всё это я мысленно выговаривала Владу, пока усиленно терла рубаху.

— Смотри, дыру не протри, — выдернула меня из мыслей Меланья. — Ну, чего загрустила? Сейчас придём, леденец тебе сделаю. Хочешь?

Мы вышли на берег и стали одеваться. Тут в кустах что-то хрустнуло. Я вздрогнула и обернулась, но уже всё стихло. Только меня не покидало ощущение, что за ними следят.

— Там кто-то есть, — сказала я Меланье, указав на кусты. — Ты слышала хруст?

— Птица, наверное, али зверёк какой, — спокойно ответила Меланья, поправляя юбку. — Ты волосы то получше отожми, а-то мокрая вся будешь, застынешь.

Хороший совет, только я и так мокрая. Полотенец-то мы с собой не взяли, рубаху я прямо на мокрое тело нацепила. Так что одной каплей больше, одной меньше. Да и тепло на улице. Солнце уже хорошо припекает. По такой жаре точно не замёрзну.

Меня сейчас больше беспокоил тот, кто следил за нами из кустов, тот, чей настойчивый взгляд я чувствовала сейчас на своём затылке. Я снова оглянулась на кусты. Но в густой листве разглядеть что-либо было невозможно. Меланья взяла мокрое бельё и спокойно направилась по тропе к дороге. И я побрела за ней.

Я посмотрела на неё удивленно. Да и все девчонки тоже. Ибо была она тощая, как палка. Ножки что стебельки травяные, кожа просвечивала, все прожилочки видать. Только животик торчал вверх, но и он был не таким большим, как у всех нас. Я, конечно, не знаю, что такое «доширак», «макароны» и «йогуртики». Но по взглядам девочек, было понятно, что питается эта молодка как-то не так.

— Понятно теперь, почему ты здесь, — проговорила Ольга. — Как только с таким питанием ты почти до срока родов беременность сохранить умудрилась?

— Так она же всю беременность тут провела, — ответила на её вопрос Мила. — Помнишь, рассказывала, как выпишут её в пятницу, а в понедельник её снова направляют, а то и в воскресенье по скорой привезут. То сознание потеряет, то закровит. Мы её ещё жалели все. А тут вон оно что.