Книга Безумные дни в Эстерате, страница 159 – Эрли Моури

К тому моменту, как эль кончился в бутылочке госпожи Диорич, она знала, что в оазисе Дуджун нет таверны, но за то аж два постоялых двора; что лавка со всякой всячиной здесь бедна на товар и лавочник ломит небывалые цены; и что с покупкой хорошей одежды ей лучше подождать до утра, когда придет караван, следующий Гор-Ха через Эсмиру — вот тогда она сможет купить действительно хорошее эльнубейское платье и другие вещи. А еще стануэссе открылось, что ближайший отсюда город — Эстерат, и до него полтора-два дня пути, если повезет с погодой.

Когда один из аютанцев согласился продать Эрисе замшевый кошелек и достаточно прочную дорожную сумку, она передала их Кугору и отсчитала обещанных триста салемов. Теперь ее и наурийца мало что связывало. Арленсийка сама не особо понимала, почему она желает скорее расстаться с ним. Ведь он был ей вполне приятен внешне. Возможно, все дело в воспоминаниях. Тех неприятных моментах, когда она со всей страстью отдавалась Кюраю, а он стоял невдалеке и смотрел за бесстыжими играми, слушал ее стоны и крики, видел семя, стекавшее с ее губ. А еще нечто беззвучное, неуловимое… может то, что называется интуицией, подсказывало ей, что не следует держать этого человека возле себя.

Получив обещанное, Кугору пошел через поселок к ручью, чтобы обмыться там за небольшой запрудой, которую местные жители соорудили из крупных камней и бревен. Вода была теплой и не слишком чистой, из-за мути, которую подняли выше по течению. Когда он застегивал ремень, на глаза ему попал желтый цветок с мелкими ворсистыми листьями — такие росли по окраинам лесов возле Та-Кешри. Темнокожему пришла на ум интересная мысль. Он оборвал лисья этого цветка и прогулялся вглубь рощи. Хотя солнце наполовину скрылось за розовыми скалами, оставалось достаточно светло, и Кугору без труда нашел иные, не менее полезные растения — их он приметил ранее. После всего он вернулся к постоялому двору и купил у местных бурдюк с вином и один пустой, две глубокие чашки, вырезанные из оливы, кровяную колбасу и несколько соленых лепешек.

Незадолго до наступления сумерек постоялый двор оживился. Жара ощутимо спала, вспыхнуло больше костров, дым которых щекотал ноздри жарившимся мясом. Зажигались светильники под навесами. Во двор начали сходиться местные жители из небольшого поселка: кто в надежде заработать, кто поесть, выпить и послушать рассказы караванщиков.

— Как-то нехорошо мы расстаемся, — сказал Кугору, отыскав северянку у одного из костров. — Сегодня вышел большой день. Боги дали мне избавление. И ты, думаю, тоже не считаешь этот день для себя пустым. Давай отпразднуем его.

— Как намерен праздновать? — Эриса подвинулась на подстилке, пуская бывшего раба Кюрая устроится рядом.

— Выпьем вина, хорошо поедим, — он подсел к ней, глядя как огонь костра отражается в ее глазах. — Я ел еще утром и мало. У меня есть вино, есть хорошая колбаса.

— Скоро приготовят таджин. Заказала себе. Могу поделиться, — отозвалась стануэсса.

— Давай, возьмем таджин и уйдем к ручью. Там прохладнее, журчит вода. Очень хорошо у ручья. Там тоже стоят караванщики и есть костры, — предложил темнокожий. — Или я сам разведу огонь.

Эриса усмехнулась: ну, конечно, мальчику неймется, и он очень надеется ее поиметь. Интересно, как он мечтает это сделать? С другой стороны, она сама хотела сходить к ручью, но как-то быстро пролетело время в разговоре с торговцем о Эсмире и караванах с Эльнубеи — уже темнело.