Книга Брачная ночь попаданки, страница 43 – Ольга Иконникова

— Вы, должно быть, решили, что я сошел с ума? Но это вовсе не так, мадемуазель! Если вы выслушаете меня, то всё поймете сами.

Я, пусть и не очень уверенно, но кивнула. А что еще мне оставалось делать? Даже если он был не в своем уме, теперь моим союзником был только он, и я должна была с ним считаться.

— История эта берет свое начало в то время, когда мой отец, Клод Эгийон, после окончания Аледанской магической академии вздумал заняться наукой. Его интересовала магическая минералогия. Он мечтал создавать амулеты, которые усиливают магический потенциал человека. Еще во время учебы он заметил, что лучше всего накапливают магию изумруды, добытые в Дижонских горах, но ни с кем не поделился своим открытием. Он предположил, что с помощью огранки определенной формы он сможет сделать из этих драгоценных камней отличные накопители магии, которые можно будет использовать для амулетов. И он стал ставить опыты у нас в поместье. Но довольно скоро возникла одна проблема.

Граф сделал паузу, и я предположила:

— Для опытов ему нужно было слишком много изумрудов?

— Именно так, мадемуазель! — подтвердил он. — А эти камни очень дороги. Он тратил на их покупку все средства, что мы получали от наших крестьян и арендаторов. Но ему этого было мало. Его целью стало заполучить себе в собственность один из изумрудных родников, которые находились в Дижоне. Потому что и сами опыты, как он полагал, следовало проводить именно в горах. А рудники эти принадлежали де Шеврезам.

— И этот рудник он заполучил, когда договорился о помолвке своей внучки и Андрэ де Шевреза? — догадалась я.

— Совершенно верно, мадемуазель!

— Но как можно было заключать такой договор, если никакой внучки у него не было? — изумилась я.

А граф рассмеялся:

— Ну, в то время не было еще и Андрэ. Изначально это была просто декларация о намерениях. И отец Андрэ, и я сам еще только намеревались жениться. Договоренность была такова, что семьи должны были породниться, если бы в одной семье родился мальчик, а в другой — девочка. У де Шеврезов родился мальчик, и мой отец стал мечтать о внучке. Но время шло, а у нас с супругой так и не было детей.

— А прибрать к рукам рудник вашему отцу уже хотелось, — усмехнулась я.

Эгийон не стал отрицать:

— Да, он просто бредил этим. Но нужно сказать, что его увлечение этим исследованием разделял и я. И меня сильно беспокоило, что моя жена никак не могла забеременеть. Изначально я полагал, что дело было именно в ней, и я даже попытался зачать ребенка на стороне, — тут он заметно смутился. — Прошу вас простить меня, мадемуазель, за столь щекотливые подробности. Но ни одна из моих любовниц тоже не понесла. Я обратился к столичным докторам, и их вердикт был неутешителен — я был бесплоден. Можете себе представить, какой шок испытал мой отец. Он уже видел себя хозяином рудника, а тут оказывалось, что получить его у нас не было никакой возможности.

Он снова остановился и выпил воды. Теперь я уже примерно догадывалась, что именно произошло, но всё еще не могла понять, как им удавалось на протяжении стольких лет скрывать правду.

— Да, мы решили выдать чужого ребенка за своего. Одна из наших служанок была беременна, и по всем приметам выходило, что родиться должна была именно девочка. И когда этот ребенок появился на свет, тут же было объявлено о ее помолвке с сыном герцога де Шеврез. И мы получили-таки один из дижонских рудников!