Книга Между звезд и руин, страница 52 – Тая Север

Мы постояли ещё пару минут в комнате, пока дыхание Ульяны не пришло в норму. Её плечи постепенно расслабились, а лицо перестало быть таким напряжённым. Забрав одежду с кровати, мы направились на улицу подышать свежим воздухом, по пути забросив мои новые вещи в комнату.

Ульяна стала более молчаливой, погрузившись в свои мысли. Возможно, она обдумывала недавнюю истерику, переосмысливала свои эмоции. Её взгляд был направлен куда-то вдаль, словно она пыталась найти ответы на свои вопросы.

Я не жалела о своей строгости. В эти тёмные времена любая слабость могла стать фатальной. Нам приходится быть жёсткими, чтобы выжить, чтобы защитить тех, кто остался. Сопливое сочувствие здесь не поможет — только твёрдость духа и холодная решимость.

Выйдя на улицу, мы окунулись в прохладный весенний воздух. Солнце пробивалось сквозь облака, бросая тусклые лучи на землю. Природа словно пыталась напомнить нам о том, что жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Мы шли молча, каждая погруженная в свои мысли, но обе понимали, что этот момент стал поворотным. Ульяна больше не плакала, а я... я наконец-то почувствовала, что смогла помочь ей встать на ноги, пусть и жёстким, но необходимым способом.

Вдалеке виднелись первые признаки весны — набухающие почки на деревьях, пробивающаяся сквозь прошлогоднюю листву молодая трава.

Пока мы гуляли около дома, Ульяна всё так же не произнесла ни слова. Я не стала пытаться разговорить её — иногда прогулка в тишине лучше любых разговоров. В воздухе уже отчётливо витал запах наступающей весны, а солнце стало пригревать по-настоящему.

— Знаешь, я действительно вела себя по-детски, — внезапно произнесла Ульяна. В её голосе больше не было слёз, только осознание. — Мой брат ведь только делает вид, что всё в порядке. На самом деле ему точно так же больно, как и мне. Я такая эгоистка.

— Мужчины редко показывают свои эмоции, они не хотят проявлять слабость, — поддержала я её.

Ульяна согласно кивнула, погруженная в свои мысли.

Подходя обратно к пансионату, я увидела Всеволода — он курил сигарету и смотрел куда-то в небо.

— Доброе утро, — первой произнесла я.

Опустив взгляд до уровня моего лица, он ухмыльнулся и вытащил сигарету из зубов.

— И вам, — просто ответил он.

Ульяна всё ещё с неким отвращением смотрела то ли на него, то ли на сигарету.

— Артёма видел? — спросила я.

— У них какие-то личные разговоры с Максом, меня попросили удалиться, — ответил Всеволод и снова затянулся. Мне так и хотелось стрельнуть у него сигаретку, но, к сожалению, попрошайничать я не любила, а сам он не предлагал.

— Пойдём, — потянув меня за рукав в сторону двери, сказала Ульяна.

Её прикосновение выдернуло меня из размышлений о сигарете. Мы вошли внутрь, оставив Всеволода позади. В холле пансионата было тихо и прохладно после весеннего тепла улицы. Ульяна всё ещё выглядела задумчивой, но уже более спокойной, чем утром.

Со стороны кухни были слышны голоса. Они доносились даже из начала коридора — парни явно ругались. Видимо, утро сегодня не задалось у всех.

— Что там происходит? — с интересом спросила Ульяна, пытаясь разобрать слова.

— Видимо, действительно что-то личное, поэтому и нас не позвали, — пожав плечами, ответила я.

Ульяна снова согласно кивнула. Мы не стали нарушать чужие границы и решили пока что не заходить на кухню.